Потом оно взревело — трехголосый рык поднялся до оглушительного визга, — подобралось и ринулось на фейри; придворные заметались во все стороны. Химера приземлилась возле зазевавшегося гнома и, выбросив когтистую лапищу, поразила жертву в грудь и тут же разорвала беднягу пополам. Гном зашатался и рухнул, зажимая вспоротый живот, а химера развернулась и прыгнула на тролля, повалив того на землю. Тролль оскалился, схватился за львиную голову, попытался отвести ее в сторону, но в ту же минуту драконья пасть сомкнула челюсти на шее тролля и дернула. Темная кровь брызнула мощной струей; в воздухе тошнотворно запахло ржавчиной. Тролль содрогнулся и обмяк.
Химера осмотрелась, водя окровавленными мордами из стороны в сторону, и заметила меня, застывшую на сцене. Чудовище взревело и вскочило на танцпол. Разум кричал мне: «Беги!» — но я не смела пошевелиться, только зачарованно смотрела, как тварь подобралась и изготовилась к прыжку, как ее окровавленная шкура взбугрилась мощными мускулами...
Меня обдало жарким дыханием, зловонным запахом крови и разложившейся плоти; за один из клыков зацепился обрывок красной ткани.
Химера взвизгнула, прыгнула... а я зажмурилась, надеясь только на то, что все закончится быстро.
13
БЕГСТВО ИЗ ЛЕТНЕГО ДВОРА
Что-то отбросило меня в сторону. Я больно упала на локоть, охнула и открыла глаза.
Между мной и химерой стоял Ясень, обнажив меч. Клинок светился ледяной голубизной, лезвие, покрытое морозной паутиной, курилось туманом.
Чудовище рявкнуло и бросилось на принца, но тот отпрыгнул и взмахнул мечом. Ледяной клинок вонзился в лапу твари.
Химера заверещала и бросилась в атаку, но Ясень откатился в сторону, вскочил на ноги, вскинул руку, и пальцы его вспыхнули голубоватым светом. Тварь снова устремилась на принца; фейри взмахнул рукой — и химера завизжала, осыпаемая градом ледяных осколков.
— К оружию! — раздался громовой призыв Оберона. — Рыцари, убейте зверя! Защищайте послов! Скорей!
Звонкий голос Маб перекрыл рев химеры и беспорядочные вопли толпы: королева звала своих подданных в атаку. Фейри запрыгивали на сцену, размахивая оружием, выкрикивая боевые кличи, скаля зубы и клыки. Менее воинственные создания, напротив, прыснули в рассыпную, спасаясь бегством, пока другие атаковали. Тролли и огры молотили по шкуре чудовища огромными заостренными палицами; Красные колпаки кололи химеру зазубренными бронзовыми ножами, а Светлые рыцари разили шкуру твари огненными мечами. Братья Ясеня тоже ринулись в атаку, вооруженные клинками изо льда.
Израненная, загнанная в угол химера взревела, ее драконья голова дернулась, разинула пышущую паром пасть и окатила нападающих потоком жидкого огня. Те, на кого попала кипящая слюна твари, с воплями попадали на землю в судорожных корчах — ожоги разъедали кожу до костей. Чудовище попыталось покинуть сцену, но фейри преградили путь мечами и палицами.
Обычные фейри разбежались, на сцене остались лишь воины, и владыка Благого двора поднялся с места; лицо застыло жуткой маской, длинные серебристые волосы развевались на ветру. Король вскинул руки, и земля под нами содрогнулась. Тарелки со звоном посыпались со столов, деревья задрожали, а фейри отпрянули от лающего чудовища.
Химера рявкнула и попыталась ухватить лапами воздух, удивленно мигая испуганными глазками, как будто не в силах понять, что случилось.
Сцена — огромная мраморная глыба — раскололась с оглушительным треском, взломанная изнутри толстыми шипастыми корнями, которые змеями обернулись вокруг химеры, глубоко впиваясь в шкуру. Чудовище заревело, стало лапами рвать опутавшие его живые хлысты, но тугие кольца сжимались все крепче.
Фейри снова ринулись на чудище, разя мечами и когтями.
Химера сопротивлялась, клацала смертоносными клыками и размахивала когтистыми лапами, хватая тех, кто оказался слишком близко. Какой-то огр треснул палицей по боку чудовища, но и сам попал под жуткий удар тяжелой лапы, вспоровший его плечо насквозь. Светлый рыцарь-фейри замахнулся на одну из голов химеры, но челюсти лязгнули и обдали рыцаря кипящим пламенем. Фейри с воплем отскочил, а химера подняла драконью голову и уставилась на Лесного владыку, Который стоял за столом и сосредоточенно хмурился.
Чудовище разинуло пасть и набрало в грудь воздуха. Я окликнула Оберона, но мой голос потерялся в какофонии звуков, и я поняла, что предупреждение опоздает.
Ясень поднырнул между жуткими лапами и взмахнул снизу вверх ледяным клинком. Меч пронзил драконью шею, и чудовищная голова с тошнотворным хлюпаньем отскочила на мраморный пол. Ясень увернулся от извивающейся, брызгающей кровью шеи; из обрубка вырывалось жидкое пламя.
Фейри выли от боли. Ясень отскочил от капающей лавы, а какой-то тролль воткнул копье в разинутую львиную пасть, проткнув чудовище насквозь. Трио Красных колпаков умудрилось миновать смертоносные когти и прорваться к козлиной голове. Гномы кусались и тыкали чудище кинжалами.
