Как и предполагал, прибыли мы в город, именуемый Зальтер, к вечеру следующего дня. Ну точнее сначала мы преодолели предместья города, выросшие тут явно не по плану первоначального строительства. Они даже стеной-то огорожены не были. Да и выглядели откровенно говоря ужасно. Дома были сделаны из страшной смеси грязи и гнилых досок. Грязные улочки сплошь залитые отходами. Да и сами люди здесь выглядели под стать своим жилищам. Все грязные, больные. Из одежды всякие лохмотья. А взгляды то какие. Аж дрожь пробивает. У большинства глаза потухшие от безысходности. Пока мы проезжали этот неблагополучный райончик у нас на глазах местные бандиты зарезали четырех человек. Продравшись через эту клоаку мы всё же добрались до внутреннего города. И вот тут различия были разительные. Город внутри был неплохо вычищен, да и дома были добротные сделанные из камня. Люди также разительно отличались от жителей внешнего города, а по улицам ходила стража. Сам же город как и столица был огромен по местным то меркам. Но для жителя двадцать первого века его уж точно нельзя назвать чем то большим чем пгт. Так что довольно скоро, хоть и пришлось поплутать по узеньким и кривоватым улочкам, мы прибыли в гостиницу. Заведение не представляло из себя ничего особенного. Здание гостиницы имело два этажа, второй этаж был отведён под номера, в то время как первый заняла таверна. Собственно в неё мы и попали когда вошли в открытые настежь двери. На улице уже начинало темнеть и потому внутри горели масляные лампы, освещая переполненный народом зал. И народ этот пил и веселился, создавая ужасный шум что даже местного барда было совершено не слышно. И только один столик в самом дальнем и тёмном углу был практически свободен. Занимал его только один угрюмо выглядящий мужик, что усердно заливал в себя алкоголь. Казалось ему совершенно безразлично происходящее вокруг него веселье. А какой у него был взгляд. Пустые, остекленевшие глаза никак нельзя было сопоставить с живым человеком. — эй! Кто этот человек? Мы продирались сквозь всю эту толпу к барной стойке, что обычно была также и ресепшеном. И по пути я выцепил одного из официантов. — этот? — проследив за мой рукой сказал парень.
— Да это ж местный палач.
Хах. Ну даже для палача у него уж слишком мёртвый взгляд. Хотя я скорее всего знаю причину. Но надо бы мне с ним пообщаться.
— Один приглядывает за мной со стороны, остальные снимите нам ночлег. И закажите ужин в номер.
И получив единогласный ответ, я стал продераться сквозь пьяную толпу. Это в обычных условиях уже достаточно сложно, а на инвалидом кресле это становиться практически невыполнимой задачей. Единственное что помогло мне всё же протиснуться к нужному мне столику — это нежелание местной черни начинать конфликт с аристократом и потому мне всё же удалось преодолеть сиё препятствие. Молча я подкатил к его столу на своей коляске. Палач заметив вторжение, вперил в меня свой взгляд, на что я ответил ему тем же. Спустя практически минутную игру в гляделки, палач всё ещё не проронив не слова налил своего пойла в кружку и подвинул её мне. Молча выпили. Он из горла я из кружки. Горькое. Бадяга имела на редкость мерзкий вкус, но плевать.
— Пойдёшь на меня работать?
— Пойду
— Придётся часто казнить и невинных людей.
— Плевать.
Довольно короткий, но при этом содержательный получился разговор, однако. На этом он можно сказать и закончился. Я ещё немного посидел и выпил местного пола, что по какому-то недоразумению обозвали пивом, направился спать.
Настольная лампа освещала небольшую грязную комнату. Убранство её также не было изысканным и богатым. Небольшой стол, стул и сундук, в дополнение к односпальной кровати, вот и вся мебель этой комнатушки. Именно эту комнату я и снял, прибыв в Зальтер. Проснулся я посреди ночи и сидел сейчас на кровати, обдумывая свои дальнейшие действия. Но от размышлений меня отвлёк тихий скрип двери. Тёмная фигура в лёгком доспехе, с лицом закрытым маской вошла в дверь. В руках человек держал меч с которого понемногу капала кровь.
Кап-кап. Кап-кап. Алая вязкая жидкость когда-то принадлежала мне.
— Ну и какого тебе живётся без ног? Ничтожный калека, что даже о себе позаботиться не может. А ещё собрался спасать мир, никчёмный герой.
— Сдохни тварь! Я вновь использовал на нём магию подчинения. Рука послушно поднесла к горлу меч и без особых проблем перерезала мужчине глотку.
Кровь заструилась из него как вода из водопроводной трубы.
— Ты даже себя не защитил, никчёмный герой.
С каждым словом кровь струёй вытекала из его рта, а он всё приближался ко мне и приближался.
И вновь наступило утро. А проснулся я от того что ебаное окно самопроизвольно открылось и впустило поток холодного ветра.
И вновь ахуенное утро. Ну ничего. Плевать мне на все обстоятельства. Сам сделаю этот день для себя хорошим.
И начать я решил с того, что решительно встал с кровати. Обматерил весь мир за то что здесь есть такие дрянные окна, а также леденящий ветер.
К слову хорошим этот день должен был сделать поход в местную гильдию кузнецов.
