– Стало интересно, решишь ли ты ответить. – Она усмехнулась. – Помнишь, как раньше было сложно вытянуть из тебя ответы? Будто из тебя выдирали зубы. – Я поворчал и продолжил расчищать путь, а она последовала за мной. – Что ж, ты не останавливайся, Эш. Расскажи больше об этом человеке.
– Ари. – Я встал на месте из-за нахлынувших воспоминаний, как радостных, так и болезненных. Как мы с Меган танцевали. Я учил ее драться. Как меня вынудили уйти и бросить ее умирать под ветвями огромного железного дуба. Корень воспользовался моментом и попытался свалить меня с ног, но я успел ускользнуть и повел нас дальше. – Я не могу… говорить об этом сейчас, – сказал я Ариэлле, сочувствие на ее лице читалось слишком ясно. – Спроси меня об этом в другой раз.
Пройдя лес шипов, мы мгновенно погрузились во тьму, словно пересекли невидимый барьер Ночи. Вот мы блуждали в непрекращающихся серых сумерках Дикого леса и вдруг очутились в кромешной темноте, позволявшей узреть лишь звезды. Тишину леса начал разбавлять новый звук, еще недавно еле слышимый, но нараставший с каждым шагом. Постоянное бормотание медленно превращалось в оглушающий рокот, пока мы наконец не выбрались из чащи и не оказались на берегу широкой черной реки.
– Ух ты, – выдавил Пак, остановившийся рядом со мной. – Река Снов. Я уже видел ее пару раз, но она не перестает меня поражать.
Я согласился с ним, пусть и молча. Поверхность реки была черной, как ночь, и отражала россыпь звезд, рассеянных над нашими головами, а простиралась она так далеко, что, взирая на горизонт, становилось неясно, где кончалась вода и начиналось небо. На ее подернутой дымкой глади цвета смолы плавали луны, кометы, созвездия и другие, куда более невероятные объекты. Лепестки и книжные страницы, крылья бабочек и серебряные медали. Из воды под странным углом торчала рукоять меча, а серебристое лезвие обвивали ленты и паутина. Над зеркальным полотном в последний раз показался гроб, покрытый мертвыми лилиями, после чего стремительно погрузился в глубины. Осколки человеческого воображения бороздили темные воды снов и кошмаров. Рой светлячков и блуждающие огоньки качались на волнах, будто летающие звезды, усиливая общее смятение. Здесь находилась крайняя известная граница Дикого леса. За рекой располагалось Густолесье – огромная неизведанная территория Небыли, где странствовали или дремали легенды и первобытные мифы, где во мраке обитали самые загадочные и древние создания.
Волк глядел за край реки спокойно, невозмутимо, почти скучающе. У меня создалось впечатление, что он прежде частенько видел Реку Снов, и стало интересно, как далеко он заплывал и не нашел ли себе дом в Густолесье.
Я посмотрел на Ариэллу.
– И куда дальше, Ари?
В ее глазах отразились блики реки, к ней устремились блуждающие огоньки, поторопившиеся закопаться в ее волосах. Возвышавшаяся на берегу реки, светящаяся и призрачная, она походила на марево. Подняв бледную, изящную руку, она указала на течение.
– Мы последуем за рекой. Она отнесет нас куда нужно.
– В Густолесье.
– Верно.
– Насколько далеко? – Согласно сказаниям, Река Снов была вечной; никому не удавалось доплыть до ее конца, по крайней мере, не нашлось выживших, способных об этом рассказать.
Ее отчужденные глаза напоминали звезды над нашими головами.
– Пока не доберемся до Края Мира.
Я кивнул. Что бы ни потребовалось, я готов ко всему, даже к невозможному.
– Тогда отчаливаем.
На бочонке, почти полностью утонувшем в иле на краю реки, сидел знакомый серый кот, лениво отмахивавшийся от скакавших над его ушами светлячков. Когда мы подошли ближе, к нам подплыл отбившийся от сваленной кучи ветвей покрытый водорослями самоуправляемый огромный деревянный плот, устланный пучками травы. Широкие и крепкие доски крепились на толстых и огромных бревнах, а его размер позволял разместиться на нем без стеснения даже гигантскому Волку. К одному из его ребер крепился длинный деревянный шест, наполовину погруженный в воду.
– Ого, эй… посмотрите, – повеселел Пак, довольно потиравший руки. – Похоже, река знала, что мы идем. Я поведу.
Я выставил вперед руки и направился к плоту.
– Ни за что.
– Пф. Ты никогда ничего мне не разрешаешь.
Волк, стоявший в отдалении, посмотрел на плавучее средство и оскалился, словно оно собиралось на него напрыгнуть.
– Вы собираетесь добраться до Края Мира на
– О-о, Большой Злой Волк боится парочки назойливых рыб?
Волк сердито уставился на Пака.
– Ты бы так не заливался, если бы увидел хоть одну рыбину из Дикого леса, Плутишка. Но есть вопрос поважнее: как ты собираешься достичь Края Мира, если я отгрызу тебе голову?
– Все в порядке, – тихо вмешалась в перепалку Ариэлла. – Я видела нас… сплавлявшихся по реке до Края. Мы на правильном пути.
Волк на это только фыркнул.
