Он дышит всё глубже, его мышцы напрягаются в ответ на мои пылкие объятия, волшебный огонь разгорается, взрываясь жарким пламенем.
Я ласково провожу ладонями по его спине, спускаюсь ниже, к бёдрам. Невидимый огонь струится по моим линиям силы, руки Айвена сжимают меня всё крепче.
Наши поцелуи становятся жарче, огонь пылает, Айвен ласкает меня смелее, между нами рушатся все преграды. Я настойчиво прижимаю его к себе, и с губ Айвена срывается короткий страстный стон.
Однако внезапно Айвен застывает и отталкивает меня, держа за руки.
– Эллорен… – Его глаза пылают огнём, в котором сочетаются страстное желание и подозрительность. – Что ты делаешь?
С обворожительной улыбкой я подаюсь к нему всем телом и шепчу:
– Пойдём в постель.
Его руки машинально крепче сжимают мои запястья, и он удерживает меня на расстоянии, пристально вглядываясь в моё лицо.
А потом опускает голову и видит их.
Судорожно втянув воздух, он в ярости смотрит на меня золотыми глазами.
– Тебя обручили с Лукасом Греем? Против твоей воли…
– Прошу тебя, Айвен, – в отчаянии молю я. – Я хочу разорвать обручение. Помоги мне, пожалуйста.
Он берёт меня за локти и отталкивает ещё дальше.
– Нет, Эллорен.
От этих слов во мне неожиданно вспыхивает ярость. Мы смотрим друг на друга, и мгновения кажутся долгими, томительными минутами.
А потом ярость гаснет, как внезапно залитый костёр. Передо мной раскрывается чёрная бездонная пропасть, моё измученное сердце падает в неё, а в душе воцаряется отчаяние.
На меня с новой силой неумолимо обрушивается волна безнадёжной печали. У меня больше нет сил. Я разваливаюсь на части.
– Я тебе больше не нужна, – сдавленным шёпотом хриплю я.
В моих глазах темнеет, я бессмысленно вглядываюсь в пространство.
– Ты так думаешь? – недоверчиво переспрашивает Айвен.
Его голос доносится откуда-то издалека, и в то же время я знаю, что он совсем рядом. Мы будто тонем, погружаемся в воду. Передо мной сквозь дымку иногда появляется лицо Айвена, его пронзительные глаза, ищущие ответа в моих.
Как всё плохо. Чудовищно. До безумия. Нет больше дорогого опекуна. Я навсегда привязана к Лукасу Грею. И Айвен хочет меня бросить.
Я совсем одна.
Уставившись в пустоту, онемев от горя, я чувствую, как по моему неподвижному лицу сами собой катятся слёзы.
Айвен крепко держит меня за руки, призывая его выслушать, и я поднимаю на него затуманенные слезами глаза.
– Ты думаешь, что больше мне не нужна? – взволнованно повторяет он. – Из-за того, что тебя обручили с Лукасом? Это ничего не меняет. Я тебя люблю!
Я отчаянно вглядываюсь в его лицо, пытаясь отыскать брешь в его убедительной речи, каплю сомнений, чтобы подтвердить мои самые страшные опасения… и ничего не нахожу. Айвен смотрит на меня спокойно, уверенно и с любовью.
– Послушай, Эллорен, – ласково обняв меня за плечи, продолжает он. – Мы не можем быть вместе, чтобы отомстить кому-то. И только поэтому я говорю тебе «нет». Я люблю тебя. И любовь требует, чтобы мы подождали.
Наверное, так чувствует себя утопленник, который почти перестал дышать, а его всё же вернули к жизни. Воздух снова наполняет мою грудь, и я падаю в объятия Айвена. Ко мне возвращается голос, и я плачу, уткнувшись в его плечо.
Не знаю, сколько мы так стоим, но он ласково обнимает меня, не отстраняясь ни на мгновение, пока я оплакиваю дядю, братьев, Ариэль, ликанов, всех моих друзей… и себя.
Айвен остаётся со мной, поддерживая меня и не давая захлебнуться от горя.
Удерживает меня на плаву.
Следующие два дня я живу словно в густом тумане.
Я почти не вылезаю из кровати, то засыпая, то просыпаясь. Время от времени Айвен пытается накормить меня и приносит воды, появляется Тьерни, и до меня долетают обрывки приглушённых разговоров.
Тьерни очень изменилась. Её тёмно-синие волосы крупными завитками спадают на стройную гибкую спину, за плечом – походный мешок.
– Вечером я ухожу в землю Ной, – говорит Тьерни Айвену. – Гарднерийцы проверяют железом всё больше водных путей. Нам с келпи пора спешить, пока остались нетронутые реки и озёра, и как можно скорее добраться до Восточного ущелья.
Тьерни кладёт прохладную ладонь мне на руку, и мои водные линии силы медленно просыпаются.
– Увидимся в земле Ной, Эллорен, – говорит подруга, склонившись надо мной. – Когда-нибудь ты к нам придёшь, я в это верю.
Я безнадёжно качаю головой.
– Гарднерийцев ничто не остановит, Тьерни. Они выиграют эту войну.
Синие глаза Тьерни вспыхивают:
– Значит, я погибну, сражаясь в водах Восточных земель. И ты встанешь со мной плечом к плечу.
Я отворачиваюсь и вяло качаю головой.
– Ничего не выйдет, Тьерни. Всё пропало. Мы проиграли.
Однако переубедить водную фею не так-то просто. Она лучится уверенностью в своей правоте.
– До свиданья, Эллорен, – прощается она, поднимаясь. – Ты была мне верной подругой. – Её голос срывается, и она умолкает. Однако, быстро овладев собой, решительно произносит: – До встречи в земле Ной!
