Оберон кивнул. Титания бросила на Меган злобный, полный отвращения взгляд, прежде чем три правителя развернулись, а армия позади них начала расходиться. Вскоре остались только я, Кензи и Пак, стоящие напротив Меган, Эша и Киррана. Я огляделся и с удивлением обнаружил, что Волк тоже исчез, ускользнув туда, откуда прибыл, наконец-то устав от толп народа и бесконечной политики фейри. Грималкин сидел на том же камне в нескольких футах от нас и выливал шерсть, но наверняка подслушивал нас. Рэйзор выбрался из-под волос Кензи, оскалил зубы и снова спрятался, тихо бормоча «Плохой котенок».
– Ну что ж, – вздохнул Пак, сцепив руки за головой. – Вот и настал конец нашим приключениям. Снова. Пора, видимо, прощаться. – Он посмотрел на Киррана, приподняв бровь. – Надеюсь, ты не ждешь, что я буду называть тебя «Ваше Величество», малыш. Этому не бывать.
Кирран грустно улыбнулся.
– Спасибо, – прошептал он достаточно тихо, чтобы другие фейри не расслышали его. – Всем вам. Знаю, что не заслужил прощения, но… я все сделаю для этого. Ради Забытых. И Аннуил. Итан? – Он тяжело сглотнул и перевел взгляд на меня. – Я знаю, что причинил тебе больше всего зла. Но ты все равно вернулся за мной. Вы с Кензи. – Он посмотрел на девушку рядом со мной, и она улыбнулась ему. Рэйзор зашипел на Киррана и пробормотал «Плохой хозяин», прежде чем повернуться к нему спиной. Глаза Киррана затуманились болью и чувством вины, и ему потребовалась секунда, чтобы взять себя в руки. – Я… обязан вам больше, чем своей жизнью, – продолжил Кирран, немного запинаясь. – И после всего, что я сделал, мало просто просить прощение, но… – Он провел руками по волосам. – Я просто… просто хотел, чтобы вы знали…
– Ой, да заткнись ты, а, – выдохнул я и протянул руку. – Извинения приняты. Пожми мне руку и перестань болтать, пока не стало совсем неловко.
Кирран улыбнулся. Он шагнул вперед и так сильно схватил мою руку, что чуть не сломал мои пальцы. Я стиснул зубы и стерпел боль, также крепко пожав его руку.
– Полагаю, ты отправишься домой? – предположил он, наконец, отпустив меня. – В мир смертных?
Я кивнул.
– Ага. Надеюсь, в тот раз навсегда. – Я подумал о родителях, о том, как много времени прошло с тех пор, как они видели меня в последний раз. В мире смертных мой восемнадцатый день рождения наступил и прошел, а я даже не отпраздновал. От мыслей о маме, сидящей дома в мой день рождения, плачущей над нетронутым, незажженным тортом, у меня внутри все перевернулось. Мне тоже нужно было многое наверстать.
Кирран кивнул.
– Прощай, Итан. Может быть, еще свидимся. И с тобой, Кензи, тоже.
– Подожди, – сказала Кензи, когда он отступил. – Тебе нужно извиниться еще перед кое-кем, Кирран. – Когда он в замешательстве остановился, она указала на гремлина, сидящего на ее плече. – Ты ничего не хочешь сказать Рэйзору?
– Да. – Кирран моргнул и печально улыбнулся. – Хочу. Я бы и раньше извинился, но гремлины ведь тоже фейри. Если они обижаются, то навечно. Он вправе злиться на меня.
– Это не оправдание! Ты швырнул его через стену, не говоря уже об остальных вещах.
– Ты права. – Кирран поднял руки в примирительном жесте и посмотрел на гремлина. Рэйзор отвернул голову, намеренно избегая его взгляда. – Прости меня, Рэйзор, – очень серьезно сказал принц. – Знаю, что ты злишься на меня, и это нормально. Спасибо, что позаботился о Кензи.
Уши гремлина дернулись. Он медленно повернулся, встретился с глазами Киррана и что-то прожужжал.
– Плохой хозяин, – сказал он почти с упреком. – Не заботился о Рэйзоре. Не обижай больше красотку. Обещай!
Кирран с удивлением приподнял брови.
– Ого, – выдавил он, пока гремлин не сводил с него глаз. – Я… не буду. Обещаю.
Пак рассмеялся, качая головой при виде выражения лица принца.
– Кажется, вас только что отчитал гремлин,
– Ага, – невозмутимо отозвался я. – Жду с нетерпением.
Пах снова рассмеялся.
– Не забывай об этом. До следующего приключения, малыши. – Сунув руки в карманы, Робин Плутишка вальяжной походкой направился прочь, что-то насвистывая себе под нос, пока не дошел до окраины опушки и не скрылся в тени.
Кирран наблюдал, как он уходит, а затем вздохнул.
– Кажется, и мне пора уходить, – пробормотал он, смотря на лес так, будто хотел запомнить его. – Странное чувство. Никогда не думал, что будет так сложно оставить дом.
Меган снова обняла его.
– Я люблю тебя, Кирран, – прошептала она, и принц уткнулся ей в плечо. – И всегда буду любить. Где бы ты ни был. Помни об этом.
