— Прошу меня простить. Как вас зовут? — Я поспешила исправить свою оплошность и сжала ладонь, мгновенно гася пламя.
— Лиз, миледи. — Первой мне поклонилась высокая черноволосая девушка. На вид ей можно было дать лет двадцать пять. Ее бронзовая кожа мягко сияла в солнечном свете. Она была очень красива. Девушка не смотрела на меня и даже не подняла голову, но ее голос оставался твердым.
— Лили, миледи. — Второй присела в реверансе девчушка пониже. Ее голосок дрогнул, как мне показалось — от волнения, но в ее карих глазах сияло любопытство и даже восхищение. Она с восторгом смотрела на мои руки, где только что плясало жаркое пламя. У девочки были такие же темные волосы и бронзовая кожа, как и у Лиз, но чуть более грубые черты лица. Приглядевшись получше, я поняла, что ей не может быть больше четырнадцати. Она совсем ребенок. И я не могла не заметить сходства между ними.
— Вы сестры?
— Да, миледи, — ответила старшая.
— Я бы хотела принять ванну перед вечерним балом. И подготовьте для меня платье.
— Как вам будет угодно, миледи.
Пока служанки набирали воду, я решила осмотреть свои покои. Большая, даже огромная кровать под балдахином занимала почти всю дальнюю сторону комнаты. С другой стороны стоял низкий столик с двумя креслами и кушеткой для личных приемов. У стены напротив окна находился будуар с зеркалом и низкая лавочка. На нем уже стояли пузырьки и баночки, лежали гребни и шкатулки с драгоценностями, привезенные мною из дома. В комнате даже был камин, хотя я не представляла, кому придет в голову топить его в такую жару.
Из покоев вели несколько дверей. Я по очереди заглянула в каждую. Первая дверь вела в общую комнату, где моя семья могла бы встретиться за ужином или принять гостей; вторая — в небольшую, даже крохотную гардеробную, где были аккуратно развешаны и разложены мои одежды и некоторые личные вещи. Третья дверь вела в купальню, где сейчас трудились мои горничные. Я не стала их отвлекать. Четвертую дверь обнаружить было трудно. Она оказалась хорошо замаскированной деревянной панелью и вела в очень узкий коридор, тускло освещенный факелами. Я подозревала, что это коридор для работников, который они могли использовать, чтобы незаметно перемещаться по замку. Подавив приступ любопытства, я поспешила вернуться в комнату.
Усевшись в кресло, я мрачно улыбнулась самой себе. Именно этого мгновения я ждала долгих восемнадцать лет.
В первый раз огонь едва не поглотил меня. Я стояла в собственной комнате и с ужасом смотрела, как свирепые языки пламени поглощали ковры, шторы, мебель, мою собственную одежду. Я не могла пошевелиться от парализовавшего меня ужаса, и, хотя огонь не обжигал меня, заполнявший комнату дым быстро делал свою работу. Еще пара поверхностных вздохов, и я бы потеряла сознание, а затем и жизнь.
В первый раз отец успел меня спасти. Он ворвался в мою комнату, его стражи-маги следовали за ним по пятам. Именно они потушили пламя и развеяли едкий черный дым, пока отец на руках уносил меня на улицу, туда, где я не смогу никому навредить.
В первый раз, когда моя сила проявила себя, отец понял, что мне суждено стать Претенденткой. Мне, а не моему брату или сестре. Мне, потому что никто и ничто не сможет сравниться со мной в силе. И сейчас мне предстояло доказать, что именно я достойна носить Железную Корону.
От раздумий меня отвлекла Лиз. Закончив, она склонила голову и отошла на несколько шагов, давая мне шанс посмотреть на себя в зеркало. Я сидела, гордо выпрямив спину. Сдержанное зеленое платье выгодно подчеркивало мою женственную фигуру, облегая узкую талию и выделяя грудь. Медные волосы были собраны в прическу и лишь несколько прядей обрамляли лицо. Тонкая длинная шея оставалась голой, и я взяла из шкатулки подвеску с обсидианом, вставленным в серебряную оправу. Такие же обсидианы украшали мою прическу. Эти камушки были добыты в моих родных землях и напоминали о доме. А еще о черном цвете, который мне очень скоро предстояло надеть.
Я благодарно кивнула Лиз:
— Спасибо. Можете идти. Вечером я справлюсь сама.
Девушка присела в реверансе и поспешила выскользнуть из комнаты сквозь дверцу для прислуги, не забыв поманить за собой Лили. Я еще раз оглянулась на себя в зеркало и, поправив локон, встала.
В коридоре меня уже ждали отец и брат. Они оба были одеты в идеально сидящие костюмы темно-зеленого цвета с тонкой отделкой серебряной нитью. На самом деле, зеленый и серебряный были цветами нашего дома, поэтому совсем неудивительно, что все мы выбрали именно их для сегодняшнего вечера.