— На Другой стороне живут разные существа. Болотные тролли, например. Или овражные. Я еще с отцом ходил, когда мы нарвались на такую тварь. С тех пор вожу с собой винтовку. Там, сзади, под сиденьем лежит.
С плеском пикап форсировал мелкий ручей, пересекающий низину, и вырвался из тени холмов на открытое место. Анна подумала немного и опустила стекло.
Наверное, ей стоило бы испытывать тревогу, оказавшись в волшебных землях, которых попросту не должно было существовать на самом деле. Но Анне было удивительно спокойно. Словно ничего по-настоящему страшного не могло с ней случится. Или, может быть, просто ничего настоящего.
Марти Доннахью молчал. Чем дольше они ехали через холмы Другой стороны, тем молчаливее он становился. Анна несколько раз просила его скорректировать направление, он молча поворачивал, куда она указывала. Перекусили тоже на ходу, Доннахью поделился с Анной яблочным пирогом:
— Тётка пекла, — сказал он. — Её хлеб здесь лучше всего подходит.
Анна кивнула. Молчаливое настроение Марти передалось и ей, поэтому она жевала, смотрела в окно и трогала время от времени серебряную веточку в кармане.
К вечеру выехали к реке. Наверное, это была потусторонняя версия Грейне, по крайней мере, так показалось Анне. Речная вода сияла серебром, над ней курилась дымка, оттуда доносился приглушенный смех.
— В реке тоже много чего живёт, — неохотно сказал Марти. — Станем на привал неподалёку. Не ходи к воде.
— Поняла тебя, — вздохнула Анна и подумала, что ей ужасно хочется домой. А спать в машине неизвестно сколько ночей — не хочется совсем.
Марти улыбнулся ей, словно пытался ободрить:
— Поужинаем по-королевски. Рагу с кроликом у моей тётки тоже отличное. — Тебе с тёткой повезло больше, чем мне.
— Она меня чуть не прокляла, два раза, — Доннахью фыркнул и стал похож на прежнего себя. — У девушек со мной, знаешь, никогда не складывается. В общем, глупо было пытаться крутить с дочерьми тёткиных подруг. И бросать их по-свински тоже было глупо.
— Все насколько плохо? — Анна посмотрела на него искоса.
— Я отравлен, — Марти Доннахью снова стал серьёзным, даже печальным. — Я ещё подростком видел женщин, которые танцевали в сияющей росе, и их волосы были ветром и светом. Может, это я урод, и надо научиться видеть волшебное в обычных девчонках, но я не могу. Так и бреду от одной к следующей, и дать никому ничего не могу, и взять тоже.
Он помолчал немного, потом сказал:
— Извини за эту болтовню. Это здешний воздух, я от него почти как пьяной. А на тебя вроде как можно вывалить это всё. Типа, нет никакого горя, украденных детей, пропавших родственников, о которых ты переживаешь.
— Предлагаешь переживать за тебя? — Анна вернула ему кривую усмешку.
— Мне бы пригодилось немного сочувствия, — Марти подмигнул. Получилось у него почти неприлично, но Греймур не поверила.
Снаружи плыли сиреневые сумерки. Охотник на фей остановил машину у старой ивы, нависающей над водой. Анне почему-то вспомнилось, что сидскую пророчицу называли Ивой. Ей представилось, как сида склоняется над текучей водой почти так же как это дерево. Греймур устало повела рукой по лицу. Она была согласна на всех остальных призраков, лишь бы навсегда забыть про баньши.
— Не отходи далеко от машины, — снова сказал Доннахью и начал выбираться наружу.
Анна спрыгнула на траву, мягко спружинившую под её кроссовками, и полной грудью вдохнула вечерний воздух. Пахло мокрой землей и незнакомыми цветами. В тумане над водой мелькали какие-то гибкие силуэты. Анна не стала их разглядывать, и предпочла держаться ближе к охотнику на фей.
Он деловито занимался их ужином. Бросил на землю туристический коврик, расчистил от травы место для горелки.
— Жрать хочется, — со вздохом сказал он Анне.
Ей пришлось заставить себя не смотреть, как он перекладывает рагу из пластикового контейнера в котелок и вставляет в горелку баллон с газом. Наверняка, было бы гораздо проще сделать это Анне, но она не стала предлагать. Ей не хотелось обижать Марти своей жалостью. — У нас есть что-то вроде чая или кофе? — спросила она.
— Кофе в рюкзаке. Пакетики, со сливками. Тащи их сюда.
Кажется, Марти Доннахью ждал от Анны какого-то подвоха, но не дождался и немного расслабился.
Они поужинали рагу, которое и в самом деле оказалось лучше, чем доктору Греймур когда-либо удавалось приготовить самой. Размешивая в кипятке содержимое кофейного пакетика, Марти сказал:
— Ты устраивайся в машине, если хочешь. Я буду спать снаружи.
— Это… безопасно? — почему-то Анне казалось, что не слишком. Наверное, она сама не смогла бы заснуть, не отгородив себя от странных звуков и запахов хотя бы дверью пикапа.
— Для парня вроде меня, — Марти чуть усмехнулся. — Я не хочу рассыпать здесь холодное железо, поэтому не отходи никуда далеко. Я не буду подсматривать, честно.
Стемнело сильнее, но все равно гораздо меньше, чем можно было ждать под вечно-пасмурным небом. Анна читала, что солнце на Другой стороне видят только те, кому уже не суждено вернуться обратно, и неожиданно ей стало любопытно, распространяется ли это на звёзды и луну.
