Холмы впереди приближались как-то рывками. Вначале они маячили на горизонте, потом Анна отвлеклась, а когда вернулась к ним взглядом, оказалось, что покатые зелёные склоны не так уж и далеко. Макушки холмов отсюда казались идеально круглыми, словно были созданы чьими-то руками, а не по прихоти природы.
Снова поднялся туман. Он скрадывал очертания и расстояние, плотный, почти непрозрачный. Марти Доннахью тихо выругался, догнал Анну, дотронулся до её руки. От прикосновения прохладного пластика протеза она невольно вздрогнула, но перехватила неуклюжие пальцы.
В тумане кто-то пел. Так далеко, что нельзя было разобрать слов, да и мелодия скорее угадывалась. Она тянулась сквозь туман, будто тонкая серебристая нитка, и, словно отзываясь, дёрнулась веточка в кармане у Анны. Она поймала её, сжала в ладони.
Под порывами налетевшего ветра туман рассеялся так же неожиданно, как и сгустился.
Теперь холмы были совсем рядом. В зелёной траве на склонах качались белые метёлки ячменя. — Вот так они и выглядят, эти долбанные полые холмы из сказок, — негромко сказал Доннахью и осторожно высвободил руку.
Он шагнул вперёд, словно загораживая Анну от чего-то, левая, живая рука охотника на фей лежала на рукояти пистолета.
— И мне нужно попасть внутрь? — осторожно спросила Греймур. — Что-то вроде того, — хмыкнул Марти.
Он осторожно пошёл вперёд. Тропа огибала холм и дальше терялась в высокой траве, над травой курилась едва заметная дымка. Воздух казался густым и тяжёлым, словно перед дождём. Доннахью скинул куртку, повязал на пояс. Отогнал от плеча любопытную стрекозу, и Анна впервые разглядела шрамы на его правой руке, там, где заканчивалось тело и начинался протез. С трудом удержалась, чтобы не присвистнуть. Она достаточно неплохо могла себе представить, какие нужны челюсти, чтобы сделать такое с предплечьем взрослого мужчины.
Все же она отвратительно мало понимает, что происходит на самом деле в этом городе. Мысль эта мелькнула в голове у Анны Греймур и пропала — серебряная веточка ткнулась в ладонь, словно привлекая внимание.
На вершине дальнего холма стоял высокий мужчина. Даже не разглядев его как следует, Анна была готова поручится — это не человек. От людей не веет ничем таким далёким и чуждым.
Он поднял руку, словно приглашая Анну. Трава на склоне холма подёрнулась рябью, стала прозрачной, а сквозь неё проступили очертания резных каменных створок. Греймур моргнула, и оказалось, что на вершине уже никого нет, ворота в холм распахнуты, а трава под ногами у неё медленно расступается в стороны, обнажая тропу.
И никакого Марти Доннахью в пределах видимости.
Анна выругалась. То ли охотник на фей успел так далеко уйти вперёд, то ли тут что-то не так. Она подумала зло, что вообще-то он должен был за ней присматривать в холмах фей. Серебряная веточка в руке стала почти горячей. Анна вздохнула. Оглянулась еще раз на зелёные травы на склонах.
И пошла по тропе. В конце концов, ей просто нужно было вернуть дурацкую безделушку владельцу. Никаких украденных детей или зачем там ещё в Байле люди ходят на Ту сторону.
От проёма ворот тянуло сыростью и холодом, и Анне невольно показалось, что она входит не в волшебный холм, где должны жить фейри, а в древний могильник. Ей даже померещилось, что на камне резных створок лежит иней, но на ощупь они оказались тёплыми и шершавыми.
Внутри холма не было темноты, которую Анна ждала и которой опасалась. В большом зале за воротами горели бледные огни, в их свете кружились серебряные пылинки. Пахло словно перед грозой, свежо и резко.
Причудливое эхо гуляло под сводами, звук шагов Анны в нём мешался с отголосками далёких мелодий и звона колокольчиков. Это эхо проследовало за ней дальше, в следующий зал, в котором тоже не было ничего, кроме белых огней и смутных бликов на стенах.
Залы, галереи, тёмные сады, шелестящие листьями на неощутимом ветру, каменные мосты над чёрной водой. Анна в какой-то момент потеряла всякое представление о том, где она и сколько времени прошло. Подземелье оказалось гораздо больше, чем можно было предположить на поверхности.
Огней стало меньше, тени подступили ближе. Каждый новый зал был темнее предыдущего, и в какой-то момент Анна невольно оглянулась через плечо. Сзади были только дрожащие тени и никакого намека на выход.
Она замерла. В темноте звякнули колокольчики. Едва слышно отозвались струны. Что-то осторожно коснулось щеки Анны.
Греймур заставила себя медленно вдохнуть и выдохнуть. Потом ещё раз. И ещё, пока схватившая за горло паника не разжала хватку хоть немного. Анне пришлось закрыть глаза, чтобы гаснущий свет нервировал меньше.
Каким-то чудовищным усилием ей удалось сдержать рвущийся наружу крик. Не надо было быть гением, чтобы сообразить — это задница, но страх сейчас был бы самых худшим из союзников.
— Я не одна, — проговорила Анна тихо. — Меня найдут и вытащат. Прозвучало жалобно и до отвратного беспомощно.
