— Я чуть раньше решилась. Наверняка, у меня не появилось бы другого шанса. Там было очень много тумана, в этом распадке, и начинало темнеть. Я скинула туфли и побежала наверх. Там на склоне был орешник, достаточно густой, чтобы спрятаться за ним. О'Рейли, кажется, очнулся, потому что он стрелял в меня. Промазал совсем немного. Но почему-то не бросился следом. Я… потом как-то сумела выбраться обратно на поле. Вернулась к машине, чтобы забрать сумку, когда услышала еще один выстрел.
— А дальше шеф-инспектор знает, — сказал Гвин Ойшинс и подмигнул Анне. — Твоему психу не повезло. Мог бы сладко умереть в объятиях древесной девы, но не успел. У Скачущей-в-Охоте большой счет к тем, кто пытается открыть проход в Бездну.
Греймур стоило большого труда, чтобы не вытаращиться на сида. Если он знал про древесную деву и про свиту Скачущей-в-Охоте, значит, должен был знать и то, что Анна бежала через поле к Границе не одна.
— И в самом деле, — О'Ши с разочарованием отодвинул на середину стола свою опустешвую чашку. — Кофе бы еще.
— Пойди и сделай, — сид глянул на него насмешливо. — Не ты бегал босой по каменным склонам и колючим травам. Если хозяйка не против.
— Я не против, — поспешно сказала Анна.
С кряхтением шеф-инспектор выбрался из кресла. Тис проводил его долгим взглядом, потом обернулся к Анне:
— Мое место — у правого стремени Той, которая скачет в Охоте. Так что я видел часть твоей истории.
Греймур вспомнила: мужчина швыряет Моргана О'Рейли на землю перед женщиной с двумя копьями. Верхнюю половину лица мужчины закрывает маска, на виду только волевой подбородок и четко очерченные губы. Мало для опознания в полиции, но достаточно, чтобы догадаться.
Ойшинс чуть улыбнулся, отвечая на вопросительный взгляд Анны. Проговорил:
— Я не стану обременять совесть Ника судьбой приемыша Ивы. К Самайну эта история завершиться так, как должна.
— Дэйв не хотел ее убивать, — Анна даже подалась вперед.
— У нас особое отношение к нашим пророчицам. Прежде мы много сражались друг с другом и до сих пор хмелеем от пролитой крови. Но никогда не поднимаем оружие на баньши, даже если их предсказания горьки и несправедливы. Слишком тесна них связь с тонкими нитями судеб, слишком страшна и священна их собственная судьба. Тростник, сын Ивы — человек по крови, но эта кровь отравлена туманами Границы и Другой стороны. Это справедливо, что решение — за Скачущей-в-Охоте.
— Дэйв не хотел убивать Иву, — повторила Анна.
— Может быть. Поглядим, что выйдет.
— Кажется, — Анна устало вздохнула, — это не та история, где я смогу просто смотреть. — Скачущая-в-Охоте знает, что такое справедливость и милосердие. Это ее право — вступаться за людей.
— Я ничего не понимаю. Кто она вообще такая?
— Жена Короля-Охотника Тары. Он дал ей такую власть.
Милосердие. Анна покатала во рту это слово. Как-то не вязалось милосердие со стремительной и страшной смертью Моргана О'Рейли.
Вернулся Ник О'Ши, принес кофе себе и Ойшинсу. Анна подумала и все-таки утащила из коробки какое-то кремовое безобразие, украшенное кокетливой вишенкой. Сид прихлебывал кофе, облокотившись на спинку кресла, оккупированного шеф-инспектором.
Сам О'Ши какое-то время молча разглядывал содержимое своей чашки, потом поднял глаза на Ойшинса:
— Ты ничего не хочешь рассказать нам с доком?
— Не хочу, — сид пожал плечами. — Но, наверное, мне стоит.
— Я тоже так думаю, — хмыкнул О'Ши.
Сид промолчал. Отставил чашку, сходил за стулом, сел на него задом наперед, сложив руки на спинке. Анна жевала пирожное, слишком сладкое на ее вкус, и молчала тоже. Если шеф-инспектор особого отдела решил, что ей причитается какое-то количество информации, кто она такая, чтобы разубеждать его.
— Мы называем их слуа, — наконец проговорил Ойшинс. — Сиды, которые искали могущество не там, где стоило бы, или те, кто был ранен кем-то из фоморов. Их… словно бы надкусили, да так и оставили, и в эту дыру глядит Бездна. Она меняет их, тянет из них тепло, но не отпускает даже в смерть.
— Твою мать, — тихо сказал О'Ши.
— Раньше слуа было немало, до того, как встала Граница. Некоторые из раненых в битве на красном поле тоже стали ими. Я знаю, что для некоторых из них нашлось исцеление. Другие нашли смерть. Король-Охотник сразил многих…
— Ты не мог бы сделать мне одолжение? — неожиданно перебил его О'Ши. — И говорить нормально?
— Тебе сложно? — Тис фыркнул, но просьбу попытался исполнить: — В общем, я думаю, что ваши рыбаки связаны именно с кем-то из слуа, и я даже предполагаю, с кем.
— Заря, — выдохнула Анна. — Заря говорила что-то про слуа там, у золота.
— Она назвала имя, — глаза шеф-инспектора О'Ши стали холодными-холодными. — Омела.
— Верно, — Тис кивнул. — Омела. Он раньше был одним из Дикой охоты. — Так почему бы Дикой охоте?..
