Четыре человека. Четыре друга. Четыре выпускника школы Черной сотни. Четыре направления, по которым им пришлось разойтись, чтобы еще долго, очень долго не встретиться друг с другом.У каждого из них — своя задача. Своя история. Своя война.
Часть первая
Шнееланд
Железнодорожная станция «Герух»
22 число месяца Мастера 1855 года
Ксавье
1
Согласитесь, есть что-то волшебное в путешествии на поезде. Нет никакого сравнения с любым другим видом странствий. Пешие походы медленны и ведут к стертым ногам, путешествия верхом тоже ведут к потертостям, только в других местах, да к тому же тебе нужно заботиться о лошадь, чтобы она, не дай бог, не споткнулась и не вывихнула ногу, не облысела на коленях, не поела из яслей, из которых ела сапная лошадь или же просто не пропала. Лошадь, знаете ли, животное, снабженное четырьмя ногами, которыми она может уйти в неизвестном направлении, сама ли по себе, или влекомая нехорошими людьми, специализирующимися на исчезновении чужих коней. В дилижансах жестко, качает, и ты вынужден общаться с людьми, с которыми тебя свела судьба, не спрашивая, хочешь ли ты этого. На корабле сыро, качает еще хуже, чем на дилижансе, тесно, даже если ты находишься в каюте, да и осознание того, что под твоими ногами, отделенная от тебя всего лишь деревянными досками, находится водяная бездна, тоже слегка отравляет тебе удовольствие от путешествия.
Нет, поезд — это совсем другое дело.
Никакой качки, только ровное и плавное устремление вперед, к цели твоего странствия. Для тебя выделено отдельное помещение, с мягкими диванами, удобными столиками, двумя дверями, за одной из которых — коридор, в котором бесшумными тенями скользят услужливые стюарды, а за другой — то, что на кораблях находится в носовой части. За окном проплывают снежные пейзажи, колеса постукивают, глотая мили, и тебе кажется, что так можно путешествовать бесконечно.
Лучше этого было бы только путешествие по воздуху, но, к сожалению, для воздушных странствий еще не придумали устройств. Не считать же за таковые воздушные шары, которые, скорее, похожи на плоты невидимого океана атмосферы. Потому что летят не туда, куда необходимо их владельцу, а туда, куда несут их ветра…
Да, пока еще не придумали.
К сожалению, любое, самое замечательное путешествие — заканчивается. Причем в случае железной дороги — не там, где тебе хотелось бы, а там, куда протянулись стальные нити рельс.
Ксавье задумчиво посмотрел на упомянутые стальные нити, которые серебрились, стремясь вперед, к темнеющим на горизонте горам, туда, где находился Штальштадт, его цель. Туда, куда, по словам кассира в столичном вокзале Бранда, железной дороги проложено не было.
Рельсы продолжали сиять в утреннем свете встающего солнца, как будто издеваясь над выпускником школы Черной сотни и над всеми кассирами разом.
— Уважаемый, — Ксавье обратился к начальнику станции, высокому, одутловатому типу в темно-синем мундире и высоком черном цилиндре с алой каймой поверху, — Где я могу купить билет до Штальштадта?
— Простите, господин, но поезда до Штальштадта не ходят.
Ксавье внимательно посмотрел на начальника станции. Потом перевел взгляд на рельсы, которые сверкали, как отполированные, без слов говоря о том, что по ним ходят либо поезда — причем постоянно — либо отряд сумасшедших полировщиков. Потом опять посмотрел на начальника станции.
Тот смутился:
— Простите, господин, но поезда до Штальштадта не ходят. Но… судя по вашему мундиру… возможно, у вас есть возможность отправиться туда на Ночном поезде?
Слова «Ночной поезд» были произнесены с такой интонацией, которая давала понять, что Ночной поезд — не просто ходит ночью, но является чем-то необычным. Чем-то таким, о чем знают только посвященные. Чем-то…
Чем-то секретным.
В Черной сотне учили уважать секреты. Если, конечно, перед тобой не была поставлена задача их раскрыть.
— Нет, уважаемый, — качнул головой Ксавье, — боюсь, возможность отправиться на нем у меня нет…
Во внутреннем кармане черного мундира лежало предписание, которое, если его показать коменданту Ночного поезда, могло бы послужить билетом на этот таинственный поезд.
Но Ксавье об этом не знал.
Поэтому он решил поискать другой путь.
— Возможно, — тут же пришел ему на помощь начальник станции, — вам будет удобнее добираться до места с вашим… мм… коллегой?
— Коллегой?
— В зале ожидает оказии в Штальштадт еще один сотник Черной сотни.
2
Здание вокзала на станции «Герух» было небольшим, что, в принципе, и стоило ожидать от вокзала конечной остановки поездов. Здесь был поворотный круг, вдалеке виднелись крыши депо. Ксавье мысленно отметил, что просто для депо крыш как-то слишком много. Отметил, отложил в памяти — и выбросил из головы.
Секреты «конечной» станции его не интересовали. За их раскрытие ему не платили, и раскрывать их ему не приказывали. История с исчезнувшим письмом, с зазря погибшим берендским шпионом научила его не проявлять лишнюю инициативу там, где это не нужно.
