Антон огляделся. Пулемет вытянул железный хобот ствола в пустыню. Переставить плевое дело. Но тяжелое. Дело в том, что это – наш, российский «Утес» калибра 12,7 мм. Тяжеленная дура стоит на трех стальных ногах, сбоку свисает патронная лента, собираясь на полу аккуратной железной пирамидой. Ворочать пулемет под низкой крышей, в тесном пространстве кузова, да еще обложенного мешками с песком, дурное дело. Недолго думая, Антон сбрасывает листы гофрированного железа сверху, тянет пулемет на себя и разворачивает на одной «ноге» в сторону долины. Передняя сошка пробивает когтистой лапой мешковину. Песок высыпается потоком, сошка прочно становится в ямку.
- Ну вот, мать вашу! – удовлетворенно произносит Антон.
Тянет затвор на себя, довольно кивает – заряжен!
- Валь, отойди назад и зажми уши. Бахает машина, как пушка. Отходи! – говорит он.
Крупнокалиберный пулемет глядит равнодушно и тупо. Там, за рамкой прицельного приспособления, суетятся люди, раздаются хлопки выстрелов. Антону наплевать, что их уже заметили, из прохладных нор выбегают на раскаленную землю вооруженные люди. Это даже хорошо, меньше возни будет. Несколько пуль пробивают стойки несуществующей крыши, маленькие облачка ржавой пыли и старой краски художественно так появляются в воздухе и тают. Автоматная очередь ровной строчкой прошивает грубую ткань, желтый песок выплескивает фонтанчиками, мешок стремительно худеет, как дырявый воздушный шарик. Кусочки горячего металла злобно воют над головой и режут воздух на части с нудным визгом … Пора!
Свирепый рев пулемета глушит все звуки. Грохот накрывает волной пустыню, скалы и долину, в которой продолжают суетиться люди. На каменных откосах возникают громадные нарывы – тяжелый и прочный базальт разлетается в пыль под ударами железа. С козырьков срываются осколки камней, убивая и калеча тех, кто внизу. Пули с визгом рикошетят, каменная крошка разлетается во все стороны, накрывая долину будто шрапнелью. Первая очередь прошла верхом, пули никого не задели, но камнями все равно побило многих. Никто не ожидал, что неизвестные начнут отстреливаться из пулемета. Охранники растерялись, рабочие тоже не сразу поняли, в чем дело.
- А-а, мать вашу, забегали! – злобно процедил сквозь зубы Антон. – А вот мы сейчас пониже возьмем …
Вторая очередь пошла на уровне пояса. Навесы, деревянные столы с упаковками марихуаны и героина превращаются в пыль и щепки. Мешки с белым порошком взрываются, словно порох. Слабый ветерок разносит мельчайшие частички наркотического вещества по воздуху, долину затягивает белым туманом. Завеса настолько плотная, что люди ничего не видят на расстоянии вытянутой руки. Обсыпанные наркотической мукой фигуры мечутся в мутной пелене, сталкиваясь друг с другом, валятся с ног, вскакивают … Каждая пуля находит сразу несколько жертв. Металлический стержень пробивает тело насквозь. Кинетическая энергия настолько велика, что человека разрывает на мельчайшие кусочки. Останки в буквальном смысле придется собирать совочком. Если, конечно, у кого-то появится такая странная идея. Особенностью крупнокалиберного пулемета является то, что от летящей с огромной скоростью пули распространяется ударная волна. Цель все равно будет уничтожена, даже если не произошло прямого попадания. Противника сбивает с ног, а если пуля прошла совсем рядом, на полметра, то разорвет на куски. Именно поэтому такое оружие, несмотря на кажущуюся громоздкость и неудобство, очень эффективно.
Через несколько секунд затвор щелкнул последний раз, пулемет вздрогнул и затих. От раскаленного ствола поднимается горячий воздух, искажая пространство вкривь и вкось. Тишина закладывает уши плотной ватой, где-то в районе затылка тоненько звенят колокольчики. Антон с трудом отрывается от рукоятки. Правое плечо тупо ноет – пулемет плохо закреплен, отдача была приличной. Долина представляет собой ужасное зрелище. Все пространство между скалами заполнено наркотической пылью. Порошок медленно оседает, желтый песок словно покрывается сединой. На перепаханной земле разбросаны изуродованные до неузнаваемости тела охранников и рабочих. Стены зияют выбоинами. Навесы, столы, оборудование разбито в щепки. Черными дырами глядят пещеры, остатки разбитых дверей болтаются на петлях. Кое-где появляются бледные языки пламени. Огонь робко ползет по обломкам, стараясь добраться до гор мусора. Вот там-то разгуляется! Антон задумчиво смотрит на картину полного уничтожения.
- Знаешь, Валь, пешком по пустыне мы далеко не уйдем, - говорит он, почесывая в затылке. – Вода нужна, еда … У меня коммуникатор был, запасная одежда. Все где-то здесь осталось!
- Ты еще и вернуться хочешь? – раздался тихий голос откуда-то снизу.
Антон оглянулся. Валя лежит на полу, вокруг ворох стреляных гильз. Испуг на лице девушки медленно сменяется страдальческим выражением.
- Ты больше не будешь стрелять? – шепотом спросила она.
- Из этой штуки нет, - с сожалением ответил Антон. – Патроны кончились. Ты как?
- Все хорошо. Ничего не чувствую, в глазах туман.
