Мысли о сундуке, в котором спрятаны бумаги, приоткрывающие завесу тайны на прошлом Мэри, не давали ему покоя. От возражений Агнесс он отмахивался. Бесспорно, отец выставит охрану и у ворот, и у всех вдохов-выходов, а у двери кабинета посадит мастифа. Окна, конечно, давно уже закрыты железными ставнями. Это ничего. Если понадобится, он пророет под забором подземный ход, спрыгнет с крыши, передушит охрану голыми руками или еще что-нибудь сымпровизирует в последний момент.
Агнесс слушала его рассуждения с грустной улыбкой, не прерывая их, но и не поддакивая. Ведь все эти воображаемые тревоги, которых хватило бы на несколько приключенческих романов, служили одной цели. Среди них легко было затеряться самому главному и самому приземленному страху — что никаких документов в сундуке нет, потому что мистер Хант давно уже их сжег. Или потому что их там не было никогда.
Когда Ронан закончил живописать, как он выдавливает глаза из чьих-то глазниц, Агнесс попросила его об одном. Не лететь навстречу опасности очертя голову. Как следует выспаться на этой идее. Подождать до завтра. Ронан хрипло дышал, как будто уже разбежался, а его вдруг дернули за уздечку, но, в конце концов, согласился. В свою очередь, Агнесс пришлось дать обещание, что она посидит с Мэри, пока его не будет. А если он вообще не вернется…
— Я подыщу ей надежный приют, — заверила его Агнесс и погладила спящую Мэри по голове. Волосы ее так засалились, что на перчатках Агнесс остался грязный налет.
— Твой дядя не позволит, чтобы его покой нарушали крики.
— Нет, ее возьмет к себе моя подруга леди Мелфорд.
— С какой стати леди будет с ней возиться?
— Потому что она добра и не боится людской молвы, — уклончиво отвечала Агнесс, решив не упоминать о приглашении Лавинии и о том, в каких обстоятельствах оно было дано. Вряд ли Ронана обрадует ее откровенность. Сам он никому не доверял. Кроме Агнесс, конечно. Ей очень хотелось в это верить.
— Но ты все равно вернешься, правда?
— Куда я денусь, — хмыкнул он. — Все, хватит нюни распускать.
Его быстрый, даже поспешный поцелуй разочаровал Агнесс, и она завздыхала, когда Ронан склонился над котелком, выливая в него конопляное масло, воск и скипидар. Этим зловонным варевом он решил смазать ботинки, чтобы не промокли, если придется пробираться через топи.
— Проводить тебя? — опомнился он и посмотрел виновато.
Из низин уже поднялся зеленый полумрак, вытесняя запозднившиеся лучи солнца, стылый воздух теснился у входа в пещеру. Агнесс еще не случалось возвращаться домой поздно вечером, она немного трусила и обрадовалась, когда Ронан подхватил ее на руки и понес, ловко перепрыгивая через поваленные стволы и лишь поднимая ее повыше, если путь им преграждали заросли боярышника. С ним было так спокойно. Вот если бы он еще не нашептывал ей на ухо о различных способах, которыми будет убивать отцовских прихвостней… Но Агнесс была уверена, что он не способен никого убить. Его грубость еще ни разу не оборачивалась настоящей жестокостью. Лишь бы сам остался цел.
Попрощавшись с Ронаном у проселочной дороги, Агнесс добежала до дома и собиралась уже юркнуть к себе, как вдруг заметила яркий свет в столовой. Неужели мистер Хант еще не ушел? О чем они с дядюшкой разговаривают дотемна? Да еще и при лампах Арганда, которые Агнесс клятвенно пообещала не зажигать надолго. Получить нагоняй за истраченное спермацетовое масло — воистину, это стало бы достойным завершением сегодняшнего дня. По сравнению с испытаниями, выпавшими на ее долю, похождения Тезея в лабиринте казались приятными каникулами на ферме в Суррее. Два привидения, ссора и примирение с Лавинией, коварные планы мистера Ханта, трюки, которыми ее развлекал дядюшка в течение суток — она ничего не забыла? Ах да, еще испорченная скатерть. Последнее особенно удручало Агнесс.
Прижимаясь к стене, девушка одним глазком заглянула в столовую и увидела, что гость успел уйти. Пастор сидел в одиночестве, сгорбившись на стуле и вцепившись в подлокотники. С соседнего стула свисал уже знакомый ей кнут. В ярком свете ламп серебряный шарик сверкал, как пристальный глаз, и высматривал новую жертву. Агнесс успела и перепугаться, и разозлиться на себя за этот детский испуг.
— Я стучался к тебе в спальню, но ты не отвечала, — негромко позвал мистер Линден, услышав шорох юбок. — Где ты была?
— На прогулке, — призналась Агнесс.
Отвечать — так за все сразу.
— Да, хороший моцион.
— В лесу, — добавила Агнесс, стряхивая с подола труху и дубовые листья.
— И правда, красивые у нас места, — рассеянно прокомментировал мистер Линден.
— Сэр?
Внезапно потухший свет не вывел его из раздумий. Агнесс зажгла свечу и прикрыла огонек рукой, чтобы тени на лице дядюшки не казались резкими и страшными.
— Может так получиться, что тебе скоро придется поехать в Лондон, — заговорил мистер Линден. — Поживешь в нашем доме в Мейфере.
— В Лондон? Нет, сэр, я никуда не поеду!
