Луна бледнела в утреннем небе, растворяясь в его синеве. Еще несколько минут – и появится солнце.
– Дружище, – сказал Янес, – кажется, пора.
– Прикажи приспустить паруса, – ответил Сандокан. – Когда он будет в пятистах метрах, я открою огонь.
Янес тут же отдал приказ. Несколько пиратов, забравшись на реи, быстро и четко выполнили маневр.
Первый луч солнца показался над морем, высветив паруса прао.
– А теперь иди ко мне! – вскричал Сандокан со странной улыбкой, глядя на приближающийся корабль. – Янес, ставь против ветра!..
Минуту спустя парусник стоял против ветра, почти прекратив движение.
Крейсер, видя, что парусник остановился, быстро пошел на сближение, явно намереваясь либо принудить к сдаче, либо огнем своих пушек в упор расстрелять его. Со все возрастающей скоростью он несся вперед, дымя и пыхтя, грозно ощетинившись своими пушками.
Сандокан взял фитиль, зажженный Параноа, и взглядом прикинул расстояние.
– Огонь! – закричал он вдруг, отпрыгнув назад.
Мортира выстрелила со страшным грохотом, и мгновение спустя сильный взрыв прогремел вдали.
Бомба взорвалась с правого борта крейсера, разбив часть борта и гребное колесо. Корабль накренился на бок и начал крутиться вокруг своей оси, хлопая по воде оставшимся колесом.
– Да здравствует Сандокан! – завопили пираты, поняв, что они спасены. – Да здравствует Тигр Малайзии!
Сандокан сделал крейсеру прощальный жест рукой и, повернувшись, пошел в каюту.
Пушки поверженного корабля продолжали еще беспорядочную стрельбу, но снаряды падали далеко от прао, который, поставив все паруса, быстро удалялся на запад.
Оставив позади вражеский корабль, которому пришлось в открытом море чинить тяжелейшие повреждения, прао, подняв свои огромные паруса, вновь взял курс на Момпрачем.
Наскоро исправив повреждения и выбросив за борт обломки снастей, большая часть экипажа покинула палубу.
Однако Янес и Сандокан остались на мостике. Закурив сигареты, они разговаривали между собой, изредка поглядывая на восток, где виднелась еще тонкая струйка дыма.
– Ему придется теперь попотеть, чтобы добраться до Виктории, – сказал Янес. – Сейчас им не позавидуешь, что вместо парусов у них машина. Твой снаряд почти оторвал колесо. Как ты думаешь, его послал за нами лорд Гвиллок?..
– Нет, Янес, – ответил Сандокан. – У лорда не хватило бы времени, чтобы добраться до Виктории и предупредить губернатора о случившемся. Но это судно, должно быть, искало нас уже несколько дней. Ведь на острове знали, что мы высадились.
– Ты думаешь, лорд оставит нас в покое?
– Очень сомневаюсь, Янес. Я знаю этого человека: он мстителен и упрям. Нам нужно ждать, и очень скоро, серьезной осады.
– Неужели они нападут на нас на нашем острове?..
– Я уверен в этом. Лорд Джеймс пользуется большим влиянием, и, кроме того, он очень богат. Он может даже на свои средства снарядить несколько судов, не считая кораблей губернатора. Скоро мы увидим, как у Момпрачема появится целая флотилия.
– А что нам тогда делать?
– Дадим свое последнее сражение.
– Последнее?.. Почему ты так говоришь?
– Потому что моя звезда закатывается, – сказал Сандокан со вздохом. – Ничего не поделаешь, Янес: так было предначертано свыше. Любовь девушки с золотыми волосами убила во мне пирата. Это, может быть, и очень грустно, Янес, но мне придется навсегда сказать «прощай» Момпрачему, отречься от своей славы и своего могущества, мне придется смириться этим.
– А наши люди?
– Они последуют моему примеру, если захотят; а если нет, найдут себе другого капитана, – сказал Сандокан грустным голосом.
– И наш остров станет таким же пустынным, как был до твоего появления?
– Да, наверное.
– Бедный Момпрачем! – покачал головой Янес. – Я полюбил его, как свою родину.
– А я, думаешь, не люблю его!.. Ты думаешь, у меня не сжимается сердце при мысли, что, может быть, никогда больше я не увижу его, что никогда мои Прао не будут бороздить это море, которое я называю своим?.. Если бы я умел плакать, ты бы увидел, сколько слез переполняет мою душу. Ну что ж, так захотела судьба. Покоримся, Янес, и будем больше думать о прошлом.
– Но я не могу смириться с этим, Сандокан. Смириться с тем, что разом исчезнет наше могущество, которое стоило нам огромных жертв и усилий, страшных битв, моря крови!..
– Это судьба, – повторил Сандокан глухим голосом.
– Или, скорее, любовь девушки с золотыми волосами, – возразил Янес. – Без нее рык Тигра Малайзии еще долгие годы заставлял бы трепетать и англичан, и султана Варауни.
