– Это вполне возможно. Ты поможешь мне и смерть еще долго не настигнет меня, – быстро прошептал он.
– Значит, у тебя есть какой-то план? – спросила она, и проблеск надежды загорелся в ее глазах.
– Да, если меня защитят все боги мира. Слушай внимательно, любовь моя.
Он бросил быстрый взгляд на лейтенанта, который, не двигаясь, сидел на ступеньке, и увлек девушку как можно дальше от трапа.
– У меня есть план бегства, надеюсь, он мне удастся. Но ты не сможешь бежать со мной.
– Почему, Сандокан? Может, ты боишься, что мне не хватит смелости? Я не боюсь ничего. Если хочешь, я заколю твоих часовых. Я взорву этот корабль со всеми, кто на нем, если нужно.
– Это невозможно, Марианна. Я бы отдал полжизни, чтобы увести тебя с собой, но сейчас не могу. Мне необходима твоя помощь, чтобы бежать, и, клянусь тебе, что ты недолго будешь оставаться вдали от меня. На свои огромные богатства я соберу целое войско и приведу его на Лабуан.
Марианна спрятала голову у него на груди, и горячий поток слез омыл ее прекрасное лицо.
– Остаться здесь, без тебя… – Прошептала она, разрывающим сердце голосом.
– Это необходимо, моя бедная девочка. Наберись терпения и жди.
Он извлек висевшую на груди миниатюрную коробочку и, открыв ее, показал Марианне несколько шариков красноватого цвета, издающих странный аромат.
– Видишь эти пилюли? – спросил он. – Они содержат яд, сильный, но не смертельный. Яд, который может приостанавливать жизнь на шесть часов. Это сон, который похож на смерть и который обманывает даже самого опытного врача.
– И что ты хочешь делать?
– Мы с Джуйоко проглотим по одной пилюле, нас примут за мертвых, выбросят в море, но мы очнемся свободными в свободном море.
– А вы не утонете?
– Нет, и в этом я рассчитываю на тебя.
– Что я должна сделать? Говори, приказывай, Сандокан, я готова на все, чтобы увидеть тебя свободным.
– Сейчас шесть, – сказал пират, услышав корабельные склянки. – Через час мы проглотим эти пилюли и громко вскрикнем, как бы в предсмертной агонии. Заметь точно по своим часам минуты и секунды, когда услышишь этот крик. Затем отсчитай шесть часов и за десять секунд до их истечения назначь бросить нас в море. Проследи, чтобы нас бросили без ядра на ногах и не в мешке. Далее, постарайся бросить вслед за нами спасательный круг и, если сможешь, спрячь какое-нибудь оружие под нашей одеждой. Ты все запомнила?
– Да, Сандокан, я запечатлела каждое твое слово в своей памяти. Но куда ты потом направишься?
– Я уверен, что Янес следует за нами и нас подберет. Вместе мы снарядим новые корабли и придем освободить тебя. Даже если мне придется предать весь Лабуан огню и истребить на нем всех до единого, я верну тебя, любимая моя.
Он порывисто обнял ее и крепко прижал к своей мощной груди.
– Будь проклят тот день, когда я назвался Тигром Малайзии, – воскликнул он с горечью. – Будь проклят тот день, когда я стал мстителем и пиратом, вызвав к себе ненависть человеческую. Как ужасный призрак, она встала между мной и тобой! Если бы я никогда не проливал кровь, я не был бы сейчас пленником на борту этого судна, меня не волокли бы на виселицу, не разлучали с женщиной, которую я так неистово, так безумно люблю!
– Сандокан!.. Не говори так!
– Да, ты права, Жемчужина Лабуана. Дай полюбоваться тобой в последний раз, – сказал он, видя, что лейтенант встал и делает ему знак, что время свидания истекло.
Он приподнял светловолосую голову Марианны и крепко поцеловал ее в губы, вложив всю свою страсть в этот долгий поцелуй.
– Как я люблю тебя, милая моя! – воскликнул он вне себя. – И мы должны разлучиться!..
Он удержал стон и удержал слезу, которая готова была проползти по его смуглой щеке.
– Иди, Марианна, иди, – сказал он резко. – Если ты останешься, я заплачу, как мальчишка.
– Сандокан!.. Мой Сандокан!
Пират закрыл глаза ладонью и сделал два шага назад.
– Ах! Сандокан! – воскликнула Марианна в отчаянии.
Она хотела броситься к нему, но силы изменили ей, и она упала на руки подошедшего лейтенанта.
– Идите же! Ступайте немедленно! – закричал Тигр Малайзии, отворачиваясь и закрывая лицо.
Когда он повернулся, люк уже был опущен, и прекрасное голубое небо исчезло за ним.
– Все кончено, – печально произнес он. – Остается последнее средство.
Он сел у подножия лестницы, закрыв лицо руками, и оставался в таком положении почти час, когда Джуйоко вырвал его из этого немого отчаяния.
– Капитан, – сказал он. – Взбодритесь, не будем отчаиваться. Пора подумать о бегстве.
Сандокан поднялся с энергичным жестом.
– Да! Бежим…
Он достал коробочку, вынул из нее две пилюли и протянул одну даяку.
– Нужно проглотить ее по моему сигналу, – сказал он.
– Я готов.
– Сейчас примерно семь. Через шесть часов мы вернемся к жизни в свободном море.
