– Зорро, – дрогнувшим голосом повторила она, почувствовав, как по телу пробежала легкая дрожь. – Прекратите, слышите?
И вновь тишина.
– Пожалуйста, хватит, – Изабелла резко повернулась в сторону двери и, истошно завизжав, чуть не потеряла сознание.
Она попала прямо в его руки.
– Правило номер пять. Никогда не выходи на открытое пространство.
Девушка, судорожно дыша, недвижно повисла на его плече.
– И правило номер шесть. Не показывай, что тебе страшно.
Кого она выбрала себе в соперники? Зачем она устроила эту негласную борьбу? Его боялся даже дом губернатора, а она вздумала выступить против него в одиночку. Еще несколько недель назад более осторожного и вдумчивого человека, коим она являлась на протяжении жизни, сложно было найти. Куда же сейчас делись эти столь ценные качества? Что за опрометчивость? Что за безрассудство? Вспомнить хотя бы ее ночную вылазку в костюме Дымки…
Молодой человек молча открыл комнату и подтолкнул свою сожительницу к выходу. Изабелла зажмурилась от яркого света и на ощупь выбралась из страшного помещения. Она немного задержалась на пороге, привыкая к освещению, и уже было повернулась в сторону своей спальни, поспешив укрыться за спасительной дверью, как вдруг почувствовала на своей талии руку молодого человека и вынужденно обернулась. Перед ее глазами внезапно оказалась та самая книга, которая послужила причиной столь прикладного занятия по выживанию. Девушка широко распахнула глаза и перевела на хозяина дома потрясенный взгляд.
– Судя по звукам в коридоре, после кухни ты направилась в библиотеку выбрать себе книгу для чтения перед сном. Из всех наук наибольшей популярностью у тебя пользуется астрономия. Основная часть представленных в библиотеке книг достаточно распространена, чтобы ты их не читала. Очевидно, ты присмотрела себе что-то запрещенное. Насколько я понял, кроме английского, ты свободно владеешь французским и немецким, однако на этих языках интересующих тебя книг по астрономии нет. Следовательно, ты могла найти только издание на латыни. Единственной запрещенной книгой по астрономии, написанной на вышеупомянутом языке, является "О вращении небесных сфер". Дополнительным подтверждением твоего выбора именно этого издания служит его чрезвычайно неудобное для тебя расположение. В противном случае, тебе не пришлось бы врываться посреди ночи в закрытую и темную спальню постороннего мужчины.
– Спасибо, – ошеломленно выдавила Изабелла.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – прошептала девушка и, переняв негнущимися пальцами вожделенный объект, юркнула в отведенную ей обитель.
Вот так просто. Он объяснил ей ход своих мыслей без ее закономерных вопросов и намеков. Ей иногда начинало казаться, что он видит этот мир и его обитателей насквозь и что от него ничего нельзя скрыть и нельзя скрыться.
Изабелла ничком упала на кровать и закопалась в одеяло.
Он снова сделал это. Снова поиграл с ее сознанием: увлек в дебри наук, сразил ее глубиной своих знаний, выхватил из суровой реальности, заставил отвлечься от тяжелых мыслей и погрузил в ее родную культуру и язык, а затем в очередной раз устроил ей встряску столь неожиданным ночным купанием и представлением в спальне. И, надо отдать ему должное, изрядно ее этим утомил. Она испытала столько впечатлений за этот вечер, что сейчас у нее не было сил даже на то, чтобы думать.
Девушка закрыла глаза и уткнулась в подушку.
Эта земля меняла ее. Этот воздух, этот бескрайний океан, эта свобода. И
Изабелла открыла глаза посреди ночи. Часы показывали половину четвертого. Она сама не поняла, почему проснулась, ведь она была так утомлена недавними представлениями, что заснула, едва коснувшись головой подушки. Более того, ее ложе было столь мягким и удобным, что в него можно было упасть и не шевелиться до самого утра.
В комнате было темно: значит, Зорро снова заходил к ней и потушил свечи. Девушка села на кровати и задумалась. Спать не хотелось совершенно. Надо было срочно чем-то занять голову.
Книга! Зорро отдал ей книгу в последний момент, и теперь та спокойно дожидалась свою читательницу на трюмо.
Изабелла выскользнула из кровати, на ощупь пробралась к зеркалу, схватила добычу и осторожно выглянула в коридор. Дверь в комнату Зорро была ожидаемо закрыта, зато приветливо манили помещения кухни и гостиной.
Девушка неслышно проплыла по ковру в сторону зала и с ногами запрыгнула в облюбованное кресло. Здесь, по всей видимости, свечи горели постоянно. Равно как в коридоре, в ванной и на кухне. Редкостная расточительность. Даже во дворце на ночь гасили светильники и канделябры, оставляя лишь факелы в самых темных местах. Неужели столь дорогой расходный материал использовался здесь в таких количествах и непрерывно?
Благоговейно открыв первую страницу, Изабелла погладила шершавый шрифт. "Nicolai Copernici torinensis De revolutionibus orbium coelestium: libri VI". 1543 год.
