Я сильно злюсь на Антона, оказавшегося очень трусливым и злопамятным. Теперь я вообще не уверена, что он когда-то испытывал ко мне чувства. Скорее всего, женитьба на хорошей девушке просто входила в его планы как один из необходимых пунктов в жизни успешного мужчины.
В немом ожидании проходит полтора часа. Потом я слышу приглушённые голоса и снова подбираюсь к двери, прислушиваясь к разговору.
– Ну? Позвонил?
– Да. Кажется, Хантер снял почти всех.
– Я хочу знать точно! – заявляет главарь.
Топот его шагов становится ближе. Я отскакиваю от двери, делая вид, что просто прогуливаюсь по небольшой комнате.
– Ты, – говорит главарь. – Выходи.
– Зачем?
– Не при детях будет сказано, – лыбится громила, опуская ладонь на ремень.
Я иду следом за ним на трясущихся ногах. Оглядываюсь на спящего сына. Не знаю, что меня ждёт. Главарь обшаривает моё тело плотоядным взглядом. Я проклинаю свой сексуальный офисный наряд с юбкой, обрисовывающей задницу, и блузкой с глубоким декольте.
– Зачем я вам?
– Раздай выпить парням, – командует урод, разваливаясь в старом кресле.
Он пинает ногой ящик с пивом в моём направлении. Я присаживаюсь на корточки.
– Э нет. Не так! Нагибайся раком, – подаёт голос кто-то из банды.
– Ты его слышала! Нагибайся за пивом! – командует главарь. – Или отправить к пацану кого-то, а?
Приходится выполнять эту мерзкую команду.
– Роскошная задница…
– Тугой орешек?
При каждом наклоне слышатся похабные шуточки. Мне приходится наклониться семь раз, чтобы дать каждому из уродов по банке пива. Лицо горит. К телу как будто приклеились липкие взгляды, полные похоти.
– Это всё? Я могу идти? – спрашиваю дрожащим голосом.
– Нет, не всё. У нас ещё есть немного времени…
Главарь манит меня к себе одной рукой, а второй расстёгивает ремень и ширинку на своих джинсах.
– Порадуй папочку, – грязно усмехается под дружные улюлюканья. Достаёт свой мерзкий отросток из трусов, уже торчащий вверх. – Отсоси мне.
Шок поражает меня на месте. Дурнота подкатывает к горлу, а все мышцы охватывает ступором. Меня толкают в спину, вынуждая сделать шаг. В этот же миг входная дверь распахивается. В комнату влетает мужчина.
– Шухер! – кричит он. – Там…
Больше ничего не успевает ни сказать, ни сделать. Он падает замертво. Под ним растекается лужа крови. Мгновенно поднимается шумиха. Все вскакивают на ноги, забыв о пиве.
Слышится звон битых стёкол. Звуки выстрелов приглушённые. Но ублюдки, похитившие меня, сразу же начинают палить в ответ. Очень громко и часто. Я пригибаюсь и бегу в комнату, где находится Хантер. Мне ставят подножку. Лечу кубарем на пол. Поверх головы взметаются в воздух щепки от выстрелов. Уползти далеко не получается.
Сверху падает чьё-то тело. С громким матом и хрипом. Меня хватают за волосы. Кожу головы обжигает. Внезапно сзади на шею капает чем-то горячим. Опять рывок. Меня резко поднимают и тянут в сторону сильные руки. Я вслепую молочу руками.
– Тише-тише, Анна. Это всего лишь я.
Захват слабеет. Я узнаю голос Хантера. Но голос плачущего сына волнует меня больше. Рывком распахиваю дверь и бросаюсь к сыну. Он услышал выстрелы и очень сильно напугался.
– Скоро вернусь. Не выходите, – просит Хантер, скрываясь в дверном проёме. – Дог, присмотри за ними. Отвечаешь головой.
– Так точно, босс! – с этими словами в комнату заваливается светловолосый здоровяк.
Я его уже видела. На пробежке. Он дежурил возле моего дома в машине.
– Привет, Анна. Привет, парень. Как тебя зовут?
– Хантер, – отвечаю я вместо сына, который ещё вздрагивает от каждого вскрика и звука выстрела.
– Хантер разберётся с плохими парнями и вернётся, – говорит Дог с улыбкой.
– Ты спросил, как зовут моего сына. Я тебе ответила. Его зовут Хантер…
Целую кудрявые волосы сына, пахнущие сладко-сладко. Мне кажется, что сын пахнет так же сладко, как в первые дни после его рождения. Я узнаю этот запах из тысячи и смогу найти даже с закрытыми глазами.
– Хм… Интересно, – задумчиво роняет здоровяк, глядя на меня с ещё большим интересом. – А я – Дог.
Мужчина собирается сказать что-то ещё, но дверь открывается. Дог реагирует мгновенно, закрывая нас собой и подняв пистолет.
– Тут всё чисто, я… – в проёме появляется третий мужчина. – Твою мать, Дог. Опусти пушку!
– Не суйся без предупреждения! Иди, я сам здесь разберусь!
Дверь снова закрывается. Звуки борьбы уже затихают и отдаляются. Слышится рокот мотора. Кто-то пытается уехать.
– Что здесь происходит? – спрашиваю я. – Хотя ничего не говори мне. Потом.
– У тебя странное имя, – подаёт голос мой сын, осторожно глядя на здоровяка.
– Это не имя. Но всё зовут меня Дог. Смотри! – мужчина закатывает рукав футболки, показывая татуировку оскалившейся морды бульдога, занимающую его бицепс целиком. – Из-за этой красотки меня так и зовут. Нравится?
– Пасть как настоящая!
– Да-а-а! Не суй пальцы – укусит! А у тебя есть татуировки? – интересуется Дог с самым серьёзным видом.
– Только переводные. Но они почти стёрлись.
– И кого ты выбирал? Сам ставил?
– Мама помогала…
