– Да нет же, я знаю, кто ты, – усмехнулась Аннабель. Она взяла его ладони и прижалась к ним губами. – Я имела в виду, как мне теперь к тебе обращаться?
– Можешь звать меня просто – Натан.
– Успешный предприниматель из Торонто, – пояснил Дженсен. – Во время отпуска вы влюбились в эти края. И купили себе большой дом с верандой прямо на берегу океана.
Глаза Аннабель возбужденно заблестели.
– А как вы узнали, что…
Мэтью пожал плечами:
– Просто я высказал несколько пожеланий.
– А нет ли там, случайно, художественной студии?
– Есть, разумеется.
Аннабель в восторге обняла Мэтью за шею:
– И еще ты. Там будешь ты.
– Мы больше никогда не расстанемся.
– Может, хотите взглянуть на дом? – поинтересовался Дженсен и вынул из кармана ключи от машины.
Мэтью кивнул в сторону жены:
– Это как она решит.
– Да! – радостно воскликнула Аннабель. – Конечно!
Дженсен бросил ключи ей, и она, поймав их одной рукой, другую протянула Мэтью. Вдвоем они направились к выходу из здания. Дженсен с Поповым шли сзади.
Дойдя до парковки, Аннабель остановилась и рассмеялась. Там стояло два автомобиля: джип и серебристый кабриолет порше.
– А что такого? – пожал плечами Мэтью. – Я же говорил тебе, что высказал
Аннабель подняла руку с ключами:
– Тогда поведу я.
– Как пожелаешь, Джозефин.
Мэтью галантно открыл для нее дверцу, и Аннабель скользнула за руль. Включив передачу, она почувствовала ладонь Мэтью у себя на бедре. Крыша кабриолета была опущена, и ее волосы развевались на ветру. «Нужно будет снова подстричь их покороче», – подумала Аннабель, набирая скорость. Особенно если теперь ей придется ездить на такой машине, по такому свободному шоссе, под таким бескрайним синим небом. Эта мысль принесла ей огромную радость. Аннабель слегка откинула голову назад и весело рассмеялась. Следующие двадцать минут она ехала за джипом Дженсена, после чего свернула на очень длинную частную проселочную дорогу, которую можно и не заметить, если не искать именно в этом месте.
«Ну вот, наконец-то», – подумала Аннабель, останавливаясь перед новым жилищем. И впервые за много лет почувствовала себя как дома.
Марина почувствовала на себе чей-то взгляд. Она открыла глаза и сразу же прищурилась от яркого послеобеденного солнца. На животе у нее, шелестя страницами, лежала раскрытая книга: видимо, она задремала, пока читала. Марина села и тут же почувствовала острую боль в плече, в том месте, где его пробила пуля, прошедшая всего в четырех дюймах от сердца. Ей очень повезло. Если бы Оуэн не позвонил в ФБР и не предупредил их о том, что она поехала домой выяснять отношения с Грантом, агент не ворвался бы в их квартиру как раз в тот момент, когда Грант собирался ее убить. И если бы агент не выстрелил первым, ее бывший жених наверняка попал бы прямо в сердце, в которое целился.
Грант до сих пор был в больнице. Его адвокаты обсуждали условия сделки со следствием по поводу обвинения в покушении на убийство – и это наряду с массой других выдвинутых против него обвинений. Марине сказали, что за то, что Грант с ней сделал, он отправится в тюрьму лет на десять. Чарли Платт, его армейский приятель, до сих пор был в бегах. Если его поймают и заставят подтвердить причастность Гранта к убийству Данкана, никаких сделок уже не будет. И Эллис-младший проведет за решеткой остаток жизни.
Марина поморщилась и снова легла, ругая себя за то, что оперлась на левую руку. Она перенесла две операции; хирурги основательно ее подлатали. Правда, Марина до сих пор посещала процедуры физиотерапии, и пройдет еще несколько месяцев, прежде чем левая сторона ее тела начнет нормально функционировать. Впрочем, восстановиться полностью ей, возможно, не удастся уже никогда, предупредили ее доктора. Мышцы Марины были серьезно повреждены. Но доктора просто не в курсе, какой упрямой она может быть, если что-то вбила себе в голову. Марина не позволит своему ослабевшему плечу ее остановить. У нее было много дел.
– Эй, полегче, спящая красавица. – Перед ней стоял Оуэн в плавках и легкой рубахе. В руке он держал стакан с коктейлем – какой-то хитрой смесью с кубиками льда, увенчанной долькой ананаса. – Я хотел взять нам шампанского, но увы… – Он широким жестом обвел пляж с мелким белым песком и видневшееся за ним бирюзовое Карибское море.
– Ну да: в чужой монастырь… и так далее. – Марина снова села и повернулась, свесив ноги с гамака, а потом протянула руку за напитком. – Сколько я спала?
– Да какая разница?
Марина кивнула:
– Тонко подмечено. Я все время забываю, что мы живем по островному времени. – Она пригубила коктейль, потом сделала еще один долгий глоток. – Господи, как вкусно!
– Это твоя первая выпивка за… Сколько же времени прошло?
Марина рассмеялась:
– За два месяца? Но ты сам знаешь, что алкоголь нельзя смешивать с лекарствами.
– Мы должны это отметить. У меня есть для тебя сюрприз.
Оуэн вытащил из-за спины журнал, который все это время прятал.
Марина опустила ноги на землю.
– Нет, – ахнула она, – не может быть! Как тебе это удалось?
– У меня есть свои каналы.
