Час в ожидании доктора Гвен пила чай и раскладывала пасьянсы с Хью. Лиони спала, а когда проснулась, молчала и отказалась и от фруктов, и от воды. Сердце Гвен подскакивало всякий раз, стоило ей заслышать шаги в коридоре. Она боялась, что это вернулся Лоуренс. Когда Партридж наконец появился, Лиони совсем ослабела.
Доктор поставил на пол свой чемоданчик.
– Будет неплохо, Гвен, если
– Нет! – топнув ногой, завил мальчик. – Я хочу остаться. Она моя подруга, а не ваша или мамина.
– У меня есть леденцы. Если ты будешь хорошим мальчиком и пойдешь с Навиной, я дам тебе один.
– Они желтые?
– Да, и розовые.
– Только если Лиони тоже получит один, такого же цвета, как мой.
– Полностью согласен, старик.
– И вы обещаете не делать ей больно?
– По рукам.
– И можно нам потом пойти купаться? Ей нравится летать.
– Летать?
Хью кивнул:
– Так она говорит о плавании.
Навина увела мальчика играть в мяч, а доктор подвинул стул к кровати и внимательно осмотрел Лиони, осторожно ощупал ее и мягко посгибал ногу.
Гвен стояла у него за спиной и, когда девочка встретилась с ней взглядом, улыбнулась. В глазах малышки она прочла зарождавшееся доверие. Это не укрылось от Партриджа. Он посмотрел на Лиони, а потом на Гвен. Она молилась про себя, чтобы он не заметил цвета глаз девочки – смесь карего с фиолетовым – и ее темных кудряшек, разметавшихся по подушке.
– Вы ничего не хотите мне сказать, Гвен? – (Она задержала дыхание. Если бы он только знал, как ей хотелось облегчить душу после стольких лет молчания.) – Я имею в виду – о падении.
Гвен выдохнула:
– Она скатилась с кровати. Они прыгали. Это моя вина. Не стоило забывать, что она слабее Хью. Я отвлеклась.
– Хорошо. Вероятно, это слабость, вызванная недостаточным питанием. Кормите ее посытнее, вот мой совет.
– О, какое облегчение! И больше ничего? Ничего заразного?
– Ничего. Только шок от падения.
Месяц спустя Гвен в своей спальне паковала вещи Хью, отправлявшегося в школу. Она тщательно продумала, что он будет носить в свободное от занятий время, и подготовила одежду на любую погоду. Его форму привезли накануне из Нувара-Элии. По два комплекта всего, что было перечислено в списке, а он был длинный. Она была благодарна отцу за то, что он взял на себя расходы на обучение внука, хотя в глубине души ей вообще не хотелось, чтобы Хью уезжал.
Мальчик угрюмо сидел на старой лошадке-качалке, которая теперь стояла в спальне Гвен.
– Можно мне поехать с тобой на Дикий Запад?
– Мы едем не на Дикий Запад, а в Нью-Йорк.
– Но там все равно будут ковбои, разве нет?
Гвен покачала головой:
– Думаю, скорее ты увидишь ковбоев в Нувара-Элии, чем я в Нью-Йорке.
– Это нечестно. Разве ты не можешь сама учить меня арифметике и письму?
– Дорогой, тебе нужно получить хорошее образование, чтобы вырасти и стать таким же умным, как папа.
– Он не умный.
– Конечно умный.
– Ну, это не очень умно – говорить, что мне нельзя пойти с Лиони к водопаду.
Гвен знала, что где-то поблизости есть водопад, но слышала, что туда трудно подниматься, и никогда на это не отваживалась.
– Наверное, папа считает, что это опасно.
– Лиони любит воду. Ей там понравится. Я видел его. Туда можно подъехать на машине. Верити возила меня.
– На самый верх?
– Да, на самый верх. Я не подходил близко к краю.
– Ну, я очень рада это слышать. А теперь давай-ка помоги мне застегнуть этот сундук. Мне нужен сильный мужчина.
– Хорошо, мама, – засмеялся Хью.
Позже, когда она собирала свой чемодан, в комнату с широкой улыбкой на лице вошел Лоуренс. После отъезда Кристины в Нью-Йорк, где она энергично взялась за дело, он был занят встречами с плантаторами и заключением сделок. Гвен редко его видела и радовалась этому. Когда он был дома, то не подавал виду, что догадывается о причинах появления Лиони, хотя Гвен внимательно следила за ним, ища любые признаки, которые могли бы указывать на это.
– Привет, – сказал Лоуренс. – Я соскучился по двум своим любимым людям.
– Папа! – крикнул Хью, соскочил с лошадки и побежал обнять отца.
– Осторожнее, приятель! Папа устал. Ты же не хочешь сбить меня с ног, а?
– Хочу, папа, – засмеялся Хью.
Лоуренс улыбнулся и посмотрел на Гвен поверх головы сына:
– Я договорился, чтобы Хью первые несколько месяцев был на полном пансионе.
– То есть не приезжал домой на выходные? Лоуренс, нет! Ему это не понравится.
– Только пока нас не будет. Поездка в Нью-Йорк и обратно – нелегкое дело. Кстати, все уже готово. Кристина приобрела билеты.
– Хью, а теперь беги поиграй, – сказала Гвен. – Не хочешь испытать новые качели в саду?
Мальчик надулся, но ушел. Как все подрастающие дети, он чувствовал, когда между родителями назревает ссора.
Лоуренс стоял спиной к свету. Гвен посмотрела на него, прикрывая ладонью глаза от яркого солнца, бившего в открытое окно.
– Навина могла бы присматривать за ним на выходных.
– Думаю, у нее хватит забот с девочкой. – Он глубоко вдохнул. – Я надеялся, к этому моменту мы сумеем как-то уладить дело с этим ребенком.
– Я пыталась.
– Не сомневаюсь.
– Что ты имеешь в виду?
