— Думайте, что хотите, миледи, — пробормотала Тьяна, — я согласна на все, что будет лучше Валантену. И Ниверу, разумеется.
— И вашим детям — не забывайте!
— И моим детям.
И почему Валантен ничего ей не сказал?..
В тот же день, вскоре после этой памятной беседы с леди Овертиной, приехал ювелир — тучный эсс средних лет с внушительных размеров сундучком, который тащили два помощника. Сначала Тьяна выбрала себе готовые золотые серьги с яркой бирюзой — говорят же, что такая бирюза способствует долгому счастью в браке. А потом достала свое стекло.
— Эсс, за ответы на вопросы я заплачу отдельно, — сказала она, — вы можете объяснить мне, что это за вещь, и примечателен ли рисунок оправы?
— Я понял, миледи, — ювелир вынул свое увеличительное стекло, большое, на длинной ручке, и принялся рассматривать подарок шута.
Тьяна терпеливо ждала. Наконец ювелир отложил стекло и взглянул на Тьяну.
— Однажды я чинил похожее, миледи. Стекло из набора для рукоделия, которым снабжалась каждая воспитанница Школы Золотых Лилий — это учебное заведение для знатных девушек, оно находилось в Винчье. К северу от Гарратена. В разное время там учились и сестры короля, хотя бы по одному году — это была традиция. Этой школы более не существует, ее упразднили лет пятнадцать тому назад. Точно не припомню, но выяснить несложно. Оправа в виде листьев и цветов была одинакова для всех, вот эти буквы, — он показал, — инициалы девицы, а на самой крышке размещался герб ее семейства.
— Значит, все-таки герб, — прошептала Тьяна, — а как же узнать, чье это было стекло?
— Без герба только по инициалам, миледи, — развел руками ювелир, — для этого надо иметь список всех учениц школы за все годы, как я понимаю. Школы нет, но архив, конечно, где-то есть, — он многозначительно посмотрел, как бы говоря, что уж Айды смогут при желании узнать про любые архивы.
— Благодарю, эсс, — сказала Тьяна, — вы мне очень помогли.
Она понятия не имела, как подступиться к этой задаче. Ей самой ведь невозможно покинуть Нивер. И что скажет имя девушки, для которой когда-то было сделано стекло?
Это можно понять, лишь узнав имя.
— Я не хотел бы денег за ответы, миледи, — улыбнулся ювелир, — но взгляните на эту вещь? — и протянул ей футляр с ажурным браслетом, украшенным бирюзовыми каплями.
Тьяна купила браслет, а вернувшись к себе, села к окну и долго рассматривала оправу стекла. Буквы видны были хорошо, хотя металл и разъело немного — их в свое время сделали очень отчетливыми, выпуклыми.
«БД»
Всего лишь инициалы. Не исключено, что они совпадали у многих девушек. Даже Тьяна могла назвать одну такую, правда, малышке Валине Дани всего пять лет. Если подумать, наверняка вспомнится еще.
От этого занятия ее отвлек Хойр.
— Добрый день, миледи. Я помешаю вам на несколько минут, простите, — извинился он, — их милости приказали сегодня же снять с вас охранное заклятье.
— Снимайте, — вздохнула Тьяна, — давно пора, как я понимаю?
— Просто пора, — мягко возразил колдун.
— Это приказала герцогиня? — зачем-то уточнила Тьяна.
Хойр слегка пожал плечами и не ответил. Он достал из кармана предмет, похожий на куб из литого стекла, и поводил им вокруг Тьяны. И объявил:
— Это все, миледи. Теперь нет никаких препятствий к тому, чтобы вы оказались в столь желанном для всех состоянии. Хотя, конечно, заклятья действуют на всех неодинаково, и несколько недель, хм… вы можете приходить в норму, миледи. Но вам следует немедленно начинать вести себя осторожно.
— Я буду стараться, эсс.
Она испытывала неоднозначные чувства. Закончился короткий промежуток, отведенный ей для вольготной и безмятежной жизни, когда она знала, что не упадет с лестницы благодаря чьей-то злой воле, и даже с лошади, которая понесла, она не свалилась. С ней не могло случиться ничего плохого. И беременности тоже — хотя, конечно, это нельзя назвать плохим, но…
Закончилось время для радости. Настала пора исполнять обещания.
Кажется, Хойр понял. Улыбнулся ей:
— Все будет хорошо, миледи. Я об этом позабочусь.
— Конечно, эсс, я понимаю.
— Возможно, вам стоит больше времени проводить в Нижнем замке? — предложил он осторожно, — если вы не против. Я поставил туда всю мыслимую защиту, какую мог придумать.
— Я буду только рада проводить там все время, — в сердцах сказала она.
— Все будет хорошо, — опять повторил Хойр, как будто убеждая в этом и себя тоже.
Когда он ушел, Тьяна спрятала стекло на дно шкатулки для украшений. Может, потом станет ясно, что с ним делать? То, что шут дал ей стекло не просто так, она даже не сомневалась. Она с детства верила, что шуты на свадьбах не делают никчемных подарков.
Валантен задержался и пришел, когда она уже легла. Ей не спалось, но она не пошевелилась, когда под ним скрипнула кровать. Он придвинулся к ней, обнял, уткнулся носом в ее волосы.
— М-м, как хорошо. Ты теперь совсем открыта, я чувствую тебя всю, целиком.
— Ты рад? — спросила она, не оборачиваясь.
— Да. Мне это нравится, — он погладил ее, быстро поцеловал в затылок.
— Хотя и тревожно немного, — добавил он короткую паузу спустя.
