– Саш, у меня ощущение, что твоя мама кого-то из нас стесняется. Теряюсь в догадках: тебя или меня. Ты на кого ставишь? – Этот гад даже не посмотрел на меня. Как одевал дочь, так и продолжил этим заниматься. Только теперь уже натягивал на маленькие ножки носочки. Тоже новые! Праздничные, с кружевом над резинкой и смешными мохнатыми помпонами по бокам.
«Невест на свадьбу одевают менее дотошно!» – пришла в голову мысль, но тут эти двое закончили сборы, и мне резко стало не до сравнений.
– Я с вами такими никуда не поеду...
Теперь мой взгляд остановился на Абашеве. Нет, он не стал рядиться в генерального директора. На шее не было никакого галстука или бабочки. Пиджака тоже в пределах видимости не наблюдалось. Но белая рубашка, расстегнутая на две верхних пуговицы, и серые брюки, идеально облегающие бедра, смотрелись нескромно дорого.
Контраст с Сашиным белым зайцем разил наповал. Даже без теста ДНК было видно, что это отец и дочь. Кровь от крови. Словно я дочку не в роддоме рожала, а на ксероксе сделала.
– Мама знает, что Саша... – я запнулась. – Из пробирки. Не представляю, как я ей все объясню.
– Так тебя пробирка чем-то не устраивает? – Марат взмахом руки указал на себя и ехидно ухмыльнулся.
– Я ума не приложу даже, как начать.
Чтобы было яснее, я замахала руками, а потом и вовсе попыталась забрать у Марата дочь.
– Милая, а как же доверие? – он еще возмутиться посмел.
– Нет! Ты слышишь меня? Нет! И не нужно мне устраивать никаких проверок на доверие. Я не готова пока ехать к маме, тем более с тобой. Давайте, быстро все переоделись! И не смотрите на меня так! – Я перевела взгляд на дочь. – Оба не смотрите! Спелись! Мы скатаемся туда позже, когда-нибудь...
После этого в запале я сказала что-то еще. Вроде бы даже топнула ногой. Потом мы с Маратом дважды передавали из рук в руки дочку. А еще позже я вдруг оказалась в машине. Пристегнутой ремнем безопасности! И с охапкой нескромных белых роз в руках.
Как произошла последняя метаморфоза, пролетело мимо меня. Я даже не помнила, как мы спускались на лифте. Только наш пинг-понг дочкой, глаза Марата и его губы. Нет, не на мне! В метре от меня. И такие улыбающиеся, словно он не с родителями знакомиться собрался, а спешил на вручение премии. Оскара и Нобелевской одновременно.
От полной потери контроля над ситуацией спасло бы лишь одно – чтобы мамы и папы не оказалось дома. Куда они могли бы податься в субботу утром, вариантов я нашла сразу несколько: от гостей до супермаркета.
Но все мои фантазии так и остались наивными фантазиями. Семейство Калининых в полном составе, вместе с бабушкой, находилось в квартире. И, судя по кухонному полотенцу в маминых руках, даже не планировало никуда уходить.
– Э-э... Здравствуйте. – Мама открыла рот от удивления и, словно я призрак, уставилась на Марата с Сашей на руках.
– День добрый. – К двери подошел и папа. Но, вместо того чтобы смотреть на меня, тоже уперся взглядом в двоих за моей спиной.
– Был добрый! – Третьей поздоровалась бабушка. И от ее счастливой торжественной улыбки дышать сразу стало легче.
– Здравствуйте. Рады вас всех видеть! – Не дожидаясь моего приветствия, от нашей делегации ответил Марат. Чётко, громко, как на важных переговорах. И пока я раздумывала, где удобнее будет рухнуть в обморок, кто-то подал этому продуманному гаду цветы. Два букета! И он по одному вручил маме и бабушке. Все так же с Сашей на руках и улыбкой победителя на губах.
– А это... – не в состоянии продолжить предложение, мама посмотрела на меня с немым вопросом.
В ответ мне на ум пришло сразу несколько вариантов. Один другого безумнее. На нервах даже «пробирка» вспомнилось.
Но нас всех спасла бабушка. Протянув руки, она забрала у Абашева внучку. Кивнула, чтобы все входили в квартиру. А для мамы, как для «особо одаренной», произнесла:
– Это, дорогая моя, конец твоей власти. – Она оглянулась на Марата и добавила: – Очень симпатичный, кстати. И что-то мне подсказывает, в отличие от идиота профессора, совсем тебе не союзник.
Аглая.
Начало встречи пролетело как обычно. На плите что-то булькало. Отец бросал несчастные взгляды на телевизор. Никто не спешил продолжить разговор.
Мама то испуганно косилась на Марата, то тревожно на меня. Будто котенок, брошенный в воду, я все еще не могла придумать, как их познакомить. Прошла, наверное, пара минут, прежде чем раскрыла рот. Но произнести удалось лишь одно короткое предложение:
– Мама, папа, ба, это Марат.
Словно «Марат» – это исчерпывающая информация, вся моя родня, за исключением бабушки, дружно кивнула. А потом Абашев тяжело вздохнул, мягко притянул к своему боку и начал сам:
– Меня зовут Марат Закиевич Абашев. Я генеральный директор строительной компании «А-групп». Бывший начальник Аглаи. Не судим, не привлекался. В ближайшее время планирую жениться. Для чего, собственно, и приехал сюда. – Он буквально расплющил меня на себе. – Хочу официально попросить руки вашей дочери.
