Любопытство — черта, свойственная практически всем девушкам. Вот и Игрис, не удержавшись, склонилась над раскрытой книгой. Но, пролистав несколько страниц, отдернула руку, словно обжегшись.
— Здесь же всё о «соннике» и «солнышке»! Именно эту книгу я читала, когда решилась приготовить яд для себя. Вот, даже уголок страницы загнут! Зачем она тебе понадобилась?! — всплеснула руками девушка.
— Ну, на самом деле… — я съехала на стуле вниз, ногой пытаясь нащупать улетевший роман и придвинуть его ближе.
— Я рассказала тебе по секрету. Не для того, чтобы вызвать жалость и сочувствие, просто тогда не видела другого способа уговорить серьезно отнестись к обыску кабинета Рэйфа, он ведь казался мне убийцей. А ты опять принялась копаться в моём прошлом! — не дав мне договорить, истерически воскликнула Игрис. — Неужели не понятно, что воспоминания об этой истории мне неприятны, и я пытаюсь сделать вид, будто ничего подобного не было!
Теперь в голосе девушки послышались обвиняющие нотки. Да и смотрела она свысока, будто уже самим взглядом пыталась внушить отвращение к чтению.
— Игрис, ты слишком много нервничаешь в последнее время. Сходи к Вэйли, она приготовит успокаивающий чай, — в противовес ей я говорила медленно и тихо. — У меня нет привычки лезть в чужую жизнь, и книги мне понадобились, чтобы понять, из-за какого яда я едва не погибла на собственной свадьбе.
— Ой, об этом я как-то не подумала… — залившись краской, пробормотала девушка. — Прости-прости-прости! Ты же на меня не сердишься? Я просто ужасно хочу выкинуть тот кусок биографии, а тут увидела книги о ядах, ну и не сдержалась.
— Конечно, нет. На тебя вообще невозможно сердиться, — улыбнулась я.
Посветлевшая лицом Игрис кинулась обниматься, а потом выпорхнула из библиотеки, напрочь забыв, зачем вообще приходила.
Я проводила её взглядом. А потом поймала себя на мысли, что действительно хочу почитать об упомянутых девушкой ядах. Да и вообще, побольше узнать о её прошлом.
— Ой, ты, наверное, совсем меня заждалась! Прости, я чуть-чуть увлеклась, — Вэйли появилась как раз вовремя.
— Ничего, мне нашлось, чем заняться. Не знаешь случайно, как действуют травы «сонник» и «солнышко»? Попались тут на глаза знакомые слова, а вспомнить не могу, — я с деланной небрежностью пролистнула страницы, делая вид, что мой интерес вызван исключительно скукой.
Конечно, Вэйли не стала бы болтать, скажи я ей правду, но впутывать лишнего человека отчего-то не хотелось. Да и Игрис я обещала не выдавать секрета…
— Ну, в отношении «сонника» и так должно быть всё понятно. У него очень красноречивое название, которое говорит само за себя. Настойка из этой травы отлично помогает людям, имеющим проблемы со сном. Единственный недостаток — снов человек не увидит. Просто на минуту закроет глаза вечером, а откроет уже утром, — сейчас Вэйли ужасно напоминала студентку, лихорадочно зубрившую всю ночь напролет и теперь поспешно пытающуюся выплеснуть все сохранившиеся в голове сведения. — С «солнышком» ситуация противоположная, название практически не имеет ничего общего с применением. Настойка из этой травы обладает успокаивающим и обезболивающим эффектом, точное действие будет зависеть от того, когда именно сорвут растения, и сколько времени будут заваривать. Кстати, я тебе перед свадьбой успокаивающее именно из «солнышка» приготовила.
— Садитесь, ученица, пять, — когда Вэйли выдохлась, со смехом объявила я. — После твоих слов у меня в памяти тоже что-то всплыло. Настойка получила такое название, потому что выпивший её человек чувствует внутри тепло. Как будто солнце проглотил.
— Точно! — подруга щёлкнула пальцами. — Я же знала, что с «солнышками» какая-то смешная история была связана. Но, кроме того, что мы на лекциях смеялись, ничего больше не вспомнила.
— Вот только смешивать эти травы нельзя? Они только по отдельности обладают полезным эффектом, а вместе превращаются в сильный яд? — вновь вернула разговор к интересующей теме.
— Всё верно, это я уже точно помню, — обрадовано подтвердила Вэйли. — Госпожа Росса, что преподавала травоведение, постоянно повторяла, мол, целитель в своей работе должен быть очень внимателен. Спутаешь несколько растений — и вместо лекарства получишь яд. И как раз его в пример приводила. Кажется, в простонародье он назывался «Крепкий сон». Или «Мертвый сон»…
— «Пьяный сон», — подсказал невесть каким образом подкравшийся пожилой слуга, исполняющий роль библиотекаря.
— Вы откуда знаете? — мы с Вэйли уставились на него одинаково ошеломленно, но подруга первой обрела дар речи.