– Ты прекрасна вне зависимости от обстоятельств и, тем более, нарядных тряпок, - раздается от края холма веселый голос.
Риат взбирается на холм вместе с парой убитых тушек, очень похожих на диких кроликов.
С вызовом возмущаюсь:
– Нехорошо подслушивать чужие эмоции.
И сама не замечаю, как при этом нервно приглаживаю волосы ладонями, чтобы стать чуточку красивей.
– Сложно не слушать любимую женщину, - возражает Алдер.
– А ты для интереса – попробуй.
– Зачем?
– Хотя бы потому, что я имею право на собственные секреты, - хмурюсь, но натыкаюсь на веселое лицо генерала и не могу сдержать улыбки.
Риат действительно изменился. Не припомню, чтобы на Ниламе он был настолько открыт и с такой охотой пускал себе в душу.
– Конечно, имеете,
– Вот. – С любопытством подхватываю игру. Вскидываю палец. – Впредь так и обращайтесь ко мне, генерал.
– Официально?
– Официально!
– Как прикажете, госпожа. Что-то еще?
– И не лезьте мне в душу. Раздражает.
– Будет исполнено.
Фантастика. Тот ли это лорд-командующий?
– А вы генерал, оказывается, можете быть галантны, когда захотите, - замечаю восторженно.
– Ради вас, - муж пожирает меня глазищами и, бросив кроликов у костра, смеётся, - я сделаю всё – что угодно.
Запеченное на углях мясо мне очень понравилось. С ароматом дыма, сочное и рассыпчатое. Сюда бы привычных пряных специй и обед удался бы.
Я невольно вспомнила туристические походы в горы вместе с семьей, когда была совсем ребенком. Сердце колотится. Больно вспоминать родителей и осознавать, что больше с ними никогда не увижусь.
Злая и опасная вселенская сила вырвала меня в тот вечер из привычного земного мира и переместила сознание в искалеченное тело принцессы. Нет. Я никому не сообщу свою тайну. Сохраню опасный секрет. Но будет ли мне от этого легче?
Слизываю с большого пальца вкусный жир.
Уже говорила, что запеченное мясо – удалось?
– Я поймаю еще. Ближе к вечеру. Устроим ужин у костра, под звездным небом, - явно читая мои расслабленные эмоции, шепчет Риат.
Откинувшись после еды мужу на грудь, я с улыбкой принимаю его заботу как должное.
Обвив меня за талию могучими руками, он дышит прямо в волосы и успевает тереться носом о мой висок. Мы сидим так уже долгое время. Вдвоем. Под сияющими небесами. Возле тлеющего костра. Генерал оберегает меня. Я слышу каждую его эмоцию, каждый всплеск мысли. И постепенно открываюсь ему.
Забавно. Но обниматься вот так на теплом камне, прижавшись друг другу, невероятно приятно. Это сближает. Заставляет забыть всё плохое. Как будто и не было между нами многих месяцев противостояния и соперничества за право голоса. Как будто он не выкрал меня с корабля в своё защищенное как крепость поместье. Как будто с первых дней встречи… ценил.
– Твои чувства обнадеживают, - генерал широко улыбается. Сцепляет свои крепкие пальцы в замок у меня на талии. Этим он намекает, что никуда не отпустит.
– Чувства бессознательны, - с мстительной ухмылкой разбавляю его бочку меда ложкой дегтя. Именно! Пусть не надеется на слишком легкое завоевание желанной женщины. – Разум – важнее.
– Любовь в расчёт ты не берешь? – Риат мягко прикусывает за мочку уха.
– Ты любишь. Я знаю, - бормочу, окунаясь в вихрь горячих мурашек.
– А ты – нет. Это вполне поправимо. Скажи, как добиться взаимности?
– Раньше тебя интересовало только тело элейны. О моей душе ты не заикался, - хмуро напомнила.
Да. Отлично. Сорвись в чувство вины. Мучайся. Пройди через то, через что заставил пройти меня!
– Ты не справедлива, Истинная, - Риат морщится. Мои эмоции сменились колким морозом. Ему неприятно.
– А еще жестока, холодна и расчетлива. Знаю. Обязывает статус принцессы из Дома Шо.
– И нет ни малейшей возможности заслужить твое прощение? – Его губы припадают к открытой шее. Риат покрывает каждый миллиметр моей кожи поцелуями.
Я начинаю дрожать. Желание мужа давит неподъемной плитой.
Опускаю глаза.
– Придется попотеть, генерал.
– Я готов страдать хоть тысячу циклов, - соблазняя поцелуями разгоряченную кожу, муж запускает руку в вырез моего многострадального платья. Черт. Я только привела его в нормальный вид.
– Перестань, порвешь бретельки, - шиплю и ерзаю в жадных мускулистых руках мужчины. – У меня нет другого наряда.
– Тем лучше, - от его провокационного шепота низ живота сводит сладостной истомой. – Ходи без одежды.
– Тогда и ты снимай штаны, - уже не сдерживаюсь и звонко смеюсь. – Забыл? У нас равноправие.
Риат обнимает крепко-крепко. Абсолютно иначе, чем раньше. В каждом его жесте, движении, интонации тлеет
– Договорились, единственная.
* * *
До полудня мы бездельничали.
Риат устроил меня на своей твердой обнаженной груди, позволив откинуть голову себе на плечо и, обняв за талию, глухо урчал, вдыхая аромат моих волос.
Я жмурилась и старалась отрешиться от всех проблем. Теплая щекотка от дыхания Истинного скользила по виску, наполняя израненную душу покоем. С ясного неба светило солнце, маяк под боком испускал монотонный тихий писк.
