Даже на девчонку все пялились умиленными взглядами, будто она была чем-то волшебным. А ему просто кланялись с почтением и страхом. Ну и наплевать! Не нужно ему и в самом деле было их тупое обожание!
Нарими приготовили комнату рядом с их покоями.
– Я хочу, чтобы кто-нибудь остался на ночь в ее комнате, – сказала Кариба, и ей внимали с радостью. – Она может проснуться и испугаться. Ведь ей никогда не приходилось бывать в подобных местах. Если она запаникует, позовите меня.
Раэм недовольно заворчал, но не стал возражать. Неужто Кариба и вправду думает, что кто-либо решится потревожить их раньше, чем он покинет их спальню?
Когда за ними наконец закрылись двери их покоев, он с наслаждением обнял жену со спины. Конечно, пока его не было, наверняка накопилась куча дел, требующих решений, но сейчас не было ничего важнее того, что его жена находится в их покоях – такая близкая и доступная.
– Не могу поверить, что ты здесь со мной, – пробормотал он, целуя ее шею.
Кариба прижалась к нему и улыбнулась немного устало.
– Для меня это тоже… странно.
Раэм вдыхал запах ее волос, прикрывая глаза и позволяя себе привыкнуть, что долгое ожидание и поиски закончены. Его жена опять здесь, за закрытыми дверями их покоев, где он и обладал ею впервые. В небе опять восходят луны Дараисса, возвещая, что пришло время их слияния. Как много раз они всходили, каждый раз обостряя до предела его одиночество, пока Карибы не было. И вот теперь наступил бесконечно долгожданный момент. Она здесь, ее запах заполняет его легкие, и тепло тела просачивается через тонкую ткань, согревая его.
– Выглядишь усталой. – Раэм подхватил Карибу и понес туда, где уже исходила паром большая бадья с приготовленной для них водой.
– Я и правда устала. Давно я столько не пребывала в драконьей ипостаси, да и перелет был довольно долгим.
Развязав ее халат, он позволил шелку соскользнуть с ее плеч. Рывком стянув свой, он поставил Карибу в горячую воду. Она стояла там спиной к нему, покорная и неподвижная, совсем как в их самый первый раз. Они действительно все начинали заново? Раэм забрался в бадью и уселся, притягивая жену к себе и прижимая ее гладкую спину к своей груди. От этого прикосновения его мышцы дрогнули, и волна пьянящего жара ударила в голову и стала медленно стекать вниз, делая его твердым.
Раэм блуждал по ее коже руками, нежно смывая усталость длинного дня. Так же, как когда-то давно, пятнадцать лет назад. Но теперь его жена не была жесткой и настороженной в его руках. Она расслабленно откинулась на его грудь и тихонько стонала от удовольствия под все более откровенными ласками его рук, а он горел все сильнее, изводя их обоих ожиданием. Его пальцы дразнили Карибу, вынуждая выгибаться и увлекая в изысканный чувственный танец, и, доводя до края, отступали, заставляя ворчать от разочарования.
– Ты решил измучить меня? – чувственное рычание драконицы прорвалось в голосе его жены.
– Не только тебя…
Да он и сам уже сходил с ума от ее дрожи и тепла плоти под его пальцами. Лаская одной рукой ее грудь, другой он ловил жадные судороги ее внутренних мышц, изводя и себя этой изощренной пыткой. Он так долго ждал, когда она окажется дома в его полной власти, что хотел как можно дольше растягивать этот момент своего сладкого триумфа.
Но когда его жена, раздраженно зарычав, резко развернулась к нему, расплескивая воду и оседлывая его, Раэм понял, что игра окончена. Его драконица хочет получить свое наслаждение прямо сейчас.
– Кажется, я тебе кое-что задолжала, муж мой, – прошептала Кариба прямо в его ухо и прикусила мочку, вырывая рык и заставляя его бедра дернуться навстречу.
Да он помнил, хоть и не хотел. Прямо перед своим побегом она точно так же сидела на нем и дразнила обещанием столь многого. Раэм сглотнул, чувствуя, как тиски вожделения сжали его горло.
– Хочу вернуть свой долг. – И Кариба выпрямилась на нем, впуская в свое тело сразу и до предела.
Мужчина выгнулся дугой и взревел, заставляя стены своего замка содрогнуться, оповещая весь мир, что его единственная вернулась к нему, чтобы вновь убивать его наслаждением.
И снова по стенам метались тени от переплетенных тел. Снова отблески пламени камина блестели на мокрой от страсти коже, а толстые каменные своды отражали стоны и хриплые крики изнемогающих от любви и наслаждения мужчины и женщины. Тяжелый запах их ненасытности наполнил весь воздух их покоев, делая обоих все пьянее и неистовей.
Кариба проснулась одна и потянулась от сладкой истомы во всем теле. Раэм еще ненасытней, чем она помнила. Но и она не была больше прежней Карибой, что боролась со своими потребностями и винила себя за каждую волну удовольствия, что испытывала в его жадных руках. Она отвечала ему так же страстно и требовательно. Она была драконом, как и он, и сила их вожделения была равной.
