– Госпожа Кариба, я хотела сказать, что мы все уж так рады, что вы наконец вернулись! Без вас над нами словно туча черная висела. Повелитель уж сильно по вам убивался! Тосковал, искал. Пропадал на недели, а потом возвращался и лютовал. Мы все его возвращений как огня бояться стали. Да смотреть на него страшно было, особенно в первый год. Глянешь, пока он не замечает – сердце на части от жалости рвется, но показать нельзя. Он, если замечал, что жалеет его кто, в такое бешенство впадал, просто ужас!
Кариба слушала служанку рассеянно.
– Скажи мне, Рамина, я могу тебя попросить кое о чем?
– Да о чем угодно, госпожа Кариба! После того, как вы моему мальчику помогли, я для вас что угодно сделаю!
– Мне нужно срочно отлучиться. Одной. – Служанка ахнула и зажала рот в испуге.
– Ну как же это? Вы ведь только одну ночь дома пробыли. Повелитель совсем с ума сойдет! – На глазах у женщины выступили слезы.
– Тише, Рамина! Я ненадолго и вскоре вернусь! Я не собираюсь больше сбегать!
– Все равно, может, лучше Повелителю сказать? – плакала женщина.
– А ты ему и скажешь. Только дай мне часик форы и перенеси Нарими куда-нибудь, чтобы она Раэму в первый момент под горячую руку не попалась. Ты сможешь о ней позаботиться, пока меня не будет? Я тебе щедро оплачу твои хлопоты.
– Да что вы, госпожа! Я с радостью позабочусь о девочке. У меня же, кроме сыночка моего, детей больше так и не вышло. А он большой уже, не обнимешь, не приласкаешь. Говорит, что взрослый уже для этого. Только боюсь я, что Повелитель в бешенство придет, и всем нам несдобровать!
– А ты передай ему, что я сказала, что вернусь, как закончу свои дела.
– Ох, плохо все это, госпожа Кариба! Ой, как плохо!
– Не волнуйся! Все обойдется! А теперь мне спешить нужно!
И Кариба, погладив по голове Нарими, выскользнула из комнаты. В кабинете все еще горел свет и слышались мужские голоса. Вздохнув, она проскользнула мимо и поднялась по лестнице на площадку на башне. Скинув свой халат, женщина позволила своему телу пройти болезненную трансформацию и через несколько минут взглянула в предрассветное небо Дараисса глазами красной драконицы.
Сделав прощальный круг над замком Драконьего Повелителя, она бесшумно скрылась в светлеющих небесах.
Раэм сидел за столом и смотрел прямо перед собой. Только что он отослал Кириша вместе с магами. Те ему поклялись, что смогут накрыть его замок таким пологом, что Кавиану даже увидеть его не сможет, не то что достать кого-то внутри. Как будто его интересовал хоть кто-то, кроме Карибы. Он покрутил в руках магический браслет, собираясь с мыслями, чтобы пойти к жене и надеть его. Кариба однозначно придет в ярость, когда поймет, что этот подарок с подвохом. Что это не простое украшение, а настоящий жесткий ошейник с крепчайшей цепью.
Внутри все сжалось от предчувствия реакции его жены. Она не примет того, что он хочет защитить, и ей наверняка будет больно. Очень больно. И сможет ли она его простить, даже если он ей все объяснит?
Она знает о метке и пыталась поговорить с ним, но это не ее дело, а его. Он в это ввязался, ему и расхлебывать. И как бы ни пошли дела, Кариба теперь будет защищена. Если он не вернется, то Кириш уведет ее в другой мир. Раэм не позволит любимой стать игрушкой ни в руках Темного, ни в сварах драконьих баронов, которые тут же начнут рвать власть зубами, как только он сгинет.
Сердце Раэма тоскливо заныло. Мысль о том, что его прекрасная жена будет жить дальше без него и, возможно, полюбит другого, будет принадлежать ему, рвала его на части.
У него не было сомнений – он хотел спасти ее несмотря ни на что. Она была единственным, ради кого он мог умереть, но как же отчаянно ему хотелось жить именно сейчас, когда Кариба его наконец любит!
Нет, конечно, Раэм не собирался просто отдать свою жизнь, но он прекрасно осознавал, что Темный бог, хоть и ослабленный тысячелетним заключением, будет устрашающе силен. У него будет только один шанс, и ни о каком честном поединке речь не идет. Если у него получится, то это будет
жестокое и вероломное убийство.
В дверь кабинета кто-то робко постучал.
– Да! – рявкнул Раэм.
Дверь приоткрылась и внутрь проскользнула служанка. Раэм не помнил ее имени. А может, никогда и не знал. Зачем оно ему?
– Что тебе понадобилось от меня в такой час? – недовольно спросил он дрожащую женщину, склонившуюся чуть ли не до земли.
– Повелитель, простите меня! – всхлипнула она.
– Что? – скривился Раэм.
– Госпожа… Она улетела…
– ЧТО-О-О?!! – взревел Раэм и в одно мгновение оказался перед насмерть перепуганной служанкой.
Он в ярости схватил ее за горло и, приподняв, впечатал спиной в стену. Бедолага испуганно закричала, и в кабинет влетел Кириш.
– Что. Ты. Сказала? – пророкотал Раэм, прожигая служанку взглядом.
Но его жертва только дергалась и хрипела.
– Повелитель, она не сможет говорить, если вы ее задушите, – вмешался верный воин.
Раэм разжал руку, и женщина упала на пол, сипя и кашляя.
– Что ты только что сказала? – навис над ней Раэм.
