Отвечать положительно на эту, несомненно, двусмысленную просьбу не хотелось, но правила приличия не позволяли хозяину дома отлынивать от своих обязанностей. Поэтому Роберт колебался, оттягивая неизбежное, и судорожно соображал, что можно придумать.
– Я поддерживаю просьбу леди Эвернер, – встряла Амабель. – Мне тоже хочется взглянуть на эту красоту, давно не видела.
Тания бросила на нее раздраженный взгляд, но, увидев как в ее сторону смотрит графиня, тут же закамуфлировала его под благодушный. Не успела она сказать и слова, как заговорил доктор Фицлан.
– И я с удовольствием совершу эту прогулку. А то все склянки да микроскопы… Надо подышать свежим воздухом. Особенно с такими прекрасными леди, да.
И он лучезарно улыбнулся хмурой гостье. Той пришлось взять себя в руки и согласится на променад в расширенной компании. Ее фальшивая забота о состоянии леди Клиффорд, «которой, возможно, трудно будет преодолеть такое расстояние», была тут же отметена самой леди Клиффорд. Она заявила, что наоборот, длительные прогулки очень полезны как для нее самой, так и для будущего ребенка. Что тут же подтвердил наивный доктор. Он честно, на всем протяжении пути до назначенного места, вещал угодившей в свою же ловушку Тании о преимуществе свежего воздуха для здоровья, особенно здоровья женщин, да. Тигрице на время пришлось спрятать коготки и притвориться кроткой овечкой, у которой еле сдерживаемое бешенство угадывалось лишь по изредка вспыхивающему пламени в глазах.
Амабель шла, опираясь на руку мужа, и с мстительным удовольствием наблюдала, как доктор Фицлан, сам этого не подозревая, играл на нервах леди Эвернер. То, что дама находилась уже на грани, было практически незаметно, но напряжение в теле выдавало ее с головой.
Зачем же она приехала к ним? Разлучить ее с Робертом? Глупо – они уже женаты. Унизить в глазах мужа, щеголяя своими прекрасными формами? Ее явно застало врасплох, что Амабель в положении. А вот попытаться взять реванш за прошлое, поставить за собой победную точку – это вполне в ее духе. Но смешно. Все ее уловки на виду. Неужели она и правду думала, что мужчина, с которым она так подло поступила, может еще к ней что-то испытывать? Графиня поражалась ее наглости и беспринципности. Вот так, под нелепым предлогом к ним заявиться, чтобы получить желанный трофей любыми способами. Наверняка у леди Тании немало любовников, но она решила, что лорд Клиффорд будет славной и легкой добычей, учитывая, как складывались их отношения в прошлом. Роберт сам признавал, что был невероятно глуп, позволив когда-то этой женщине так глубоко залезть себе под кожу. За что и поплатился. Амабель была полна решимости закруглить этот визит как можно быстрее.
Она тихонько пихнула мужа локтем.
– Что говорят кузнецы?
– Знатно сломали, со вкусом. Но все исправимо. За день сделают, – в голосе Роберта явно слышались радостные нотки.
– Леди будет явно огорчена, – сыронизировала его жена.
– Ничего… скоро она сама не захочет здесь остаться.
– Ты о…
– Да.
– Жду не дождусь.
Они вдруг остановились и повернулись друг к другу. Их не волновало, что шедшая впереди пара оставалась в опасном уединении. Повинуясь внезапно возникшему желанию, Роберт и Амабель обменялись нежным поцелуем. А потом еще и еще. В конце концов, окончательно махнув рукой на все приличия, слились в тесных объятиях и так стояли, прислушиваясь к рваному ритму своих сердец. Это успокаивало и дарило ощущение единства, что было им сейчас так же необходимо, как воздух.
Вдоволь напитавшись этим чувством, молодые люди, окрыленные и воодушевленные неким задуманным планом, продолжили эту утомительную прогулку.
***
Миссис Мелридж и подумать не могла, что опять испытает такое сильное потрясение. Ее жизнь всегда текла достаточно размеренно, и лишь пару раз она переживала глубокое душевное смятение. Первый раз, когда ее дорогой супруг отошел в мир иной, предоставив ей самой завершить свой жизненный путь, управляясь с их домом и собакой Джеммой. Второй, когда эта самая собака неожиданно укусила за ногу нового викария, пришедшего отдать визит вежливости вдове своего предшественника. Таких выражений из уст преподобного набожная миссис Мелридж не слышала ни разу за всю свою благочестивую жизнь. И, несмотря на последующие витиеватые извинения служителя церкви, обличенного нести слово Господне своей пастве, ей оставалось только надеяться, что Бог не оставит его и наставит на путь истинный, чтобы тот не осквернял уши и умы людей столь порочными излияниями.
И вот сегодня, растерянно смотря вслед свой подопечной, которая, приподняв тяжелые юбки, убегала прочь в ворохе шелка и растрепанных кудрей, она вновь ощутила, что ее мир перевернулся с ног на голову.
