— Мог ли Корвус действительно найти другой способ борьбы с духами? В статье ничего толком не говорится. На Таэсс-Харн вылили ушат помоев, Корвус Версой получил долю позолоты, а про конкретные действия ничего не сказано.
— Я бы хотел прочесть статью, — коротко произнес Дан.
— Я уже приглашала вас в свои покои.
Раньше Таэсс-Харн казался мне маленьким замком: стоило только выйти в коридор, как я сразу попадала туда, куда и хотела. Но теперь… До покоев Наставницы мы шли минут пятнадцать. Поднимались и спускались, сворачивали то направо, то налево. И с каждым шагом я подмечала изменения — пропали предметы, созданные на той стороне. Точнее, остались лишь их бледные тени. Тени.
— Мать-Магия, что же будет с Орином? И с другими Тенями?
Дан только криво усмехнулся:
— А как ты думаешь?
— Головой, — негромко заметила Наставница. — Люди, как правило, думают головой. Не стоит срывать свое плохое настроение на близких людях. Мы рядом и мы никуда не уйдем.
— Прошу прощения, если мои слова прозвучали грубо, — склонил голову Данриэль. — Если Тени не смогут пройти в Зеркало, а они, скорее всего, не смогут, то через несколько недель все оставшиеся на этой стороне Тени истают. Но, что самое странное, я по-прежнему ощущаю Изнанку как часть себя. Я могу тянуть силу с той стороны. Я чувствую каждого своего бойца, что остался на нашей стороне.
— А делиться с ними силой ты сможешь? — спросила я. — Это продлит их жизнь?
Пожав плечами, Дан спросил:
— А смысл? Продлевать мучения? Процесс передачи сумеречной силы довольно неприятен.
— Я уверена, — хмыкнула Ринари, — что в скором времени Корвус приползет к Таэсс-Харну, заливаясь слезами и умоляя тебя сделать хоть что-нибудь с расплодившимися духами.
Толкнув дверь, она жестом пригласила нас проследовать внутрь.
— Таэсс-Харн будет закрыт, — негромко произнес Данриэль, входя внутрь. — Метки нет, а значит, я больше не могу занимать трон Хранителя Теней. Где статья?
Взяв протянутый листок, тоже уже вырезанный, Хранитель Теней сел в кресло и вчитался в мелкий текст. А я подошла к стене, где на пробковой доске были тонкими иголками приколоты все газетные вырезки.
— Ничего себе!
— Всю ночь старалась, — грустно улыбнулась Ринари. — Но все зря. Нам нанесли добивающий удар, который вместе с нами добьет весь Север.
— И всю Срединную Империю, — добавила я. — Ведь истории об одержимых, которые заражали других, — это истории о духах Разлома, верно?
— Абсолютно верно, — кивнула Наставница. — Но я, кажется, запретила тебе читать ту книгу.
Смущенно улыбнувшись, я развела руками:
— От этого она стала еще интересней.
Дан встал и коротко произнес:
— Я прикажу слугам собрать наши вещи.
После чего он, не говоря больше ни слова, вышел. Я встрепенулась и хотела пойти следом, но Ринари крепко ухватила меня за руку:
— Иногда лучшая поддержка — это отойти и не мешать. Дай ему выдохнуть.
— Что же нам теперь делать?
— Ждать, — пожала плечами Наставница. — И написать поверенному рода Нортон. Думаю, сможем получить деньги. Я уже ему писала, уведомила о том, что у Нортонов может появиться наследник. Поверенный был счастлив. Он сказал что-то вроде: «Благословленную заразу ничем не выжечь».
— Это не очень похоже на радость, — улыбнулась я. — А зачем нам деньги?
Умилившись, Ринари потрепала меня по голове:
— А затем, что нам всем надо что-то кушать и где-то жить, дите ты мое незамутненное.
Мне стало стыдно, к щекам прилила кровь:
— Я просто не успела подумать. А… А разве я имею права на деньги Нортонов?
— Ты последняя из Нортонов. Твой отец пользовался многим, очень многим.
— Надо сказать об этом Дану.
— Только мужу не говори, — это мы произнесли одновременно. И я тут же спросила:
— Почему?
— Не надо добивать раненого бойца. Он еще может выжить, — фыркнула Ринари. — Если ты сейчас ему скажешь, что готова его содержать… Он потерял все, но достоинство у него еще есть.
— Предлагаешь рубить хвост по частям?
— И с обезболивающим зельем, — кивнула Наставница. — Давай-ка займемся делом.
До самого обеда мы собирали вещи. А после, взяв писчие принадлежности, я отписала мастерам-мебельщикам — попросила их приостановить выполнение заказа. Затем отправилась на кухню — кормить Проглота. И, рассеянно наблюдая за тем, как он уписывает нечищеную картошку, заметила, что у людей покраснели глаза.
— Что теперь будет? — тихо-тихо спросила меня какая-то совсем юная девочка.
— Все будет хорошо, — уверенно солгала я.
— Это ведь диверсия, — напуганно произнесла высокая немолодая женщина. — Север падет. Мы все еще помним старые сказки. Сказки о том, как все было до создания Трех Тронов.
— Данриэль со всем разберется, — с нажимом произнесла я. — Не надо сеять панику. Если духи действительно исчезли — это хорошо. Если нет, то они быстро себя выдадут и все вернется на круги своя.
— И я даже не знаю, чего хочу больше, — произнес Дан, выходя из-за моей спины. — Через сорок минут я хочу всех увидеть во дворе. Лиа, оставишь Проглота Орину?
— Да, конечно, только где он?
— Я здесь, — тихо прошелестело за моим правым плечом. — Не выхожу на свет — экономлю силы.