Мужчины завели разговор о спорте, политике.
Яна молча поедала свой стейк из семги. В последнее время она привыкла изображать из себя немую. Но вот что удивительно – молчала и Гаяне, а ее обычно было не заткнуть. Впрочем, причина ее необычного поведения скоро раскрылась.
Через десять минут гость извинился и попросил разрешения ненадолго выйти.
– Мне необходимо сделать один важный звонок.
С этими словами Ашот Куралян покинул столовую.
Как только за ним закрылась дверь, Гаяне тут же обернулась к Давиду:
– Зачем ты его пригласил? Разве вы дружите?
Левая бровь главы дома взлетела.
– Разве я должен спрашивать у тебя разрешения, кого мне можно позвать на ужин?
– Нет, конечно нет… – покачала головой Гаяне. – Просто я удивилась, вот и все.
– Жаль, что ты так отреагировала, – цокнул языком Давид. – Я надеялся, что знакомство с Ашотом Кураляном доставит тебе удовольствие.
– Удовольствие? – Идеально выщипанные брови Гаяне сошлись на переносице. – С чего бы? И потом, мы знакомы.
– Когда успели? – удивился Давид.
– Это тебе по тусовкам некогда ходить, зато я в свете бываю регулярно. Этот тип меня преследует! – со всей серьезностью заявила Гаяне. – На той неделе, когда я была на благотворительном балу, он целых два раза пытался пригласить меня на танец. Я сказала нет, а он все равно настаивал. Сталкер! А ты его еще домой позвал…
– Что за глупости? – развел руками Давид. – Ашот не тот человек, который будет кого-то преследовать. Разве для тебя не стало очевидным, что он попросту пытался за тобой ухаживать. Что в этом плохого?
– А что хорошего? Я ясно дала понять, что мне неинтересно. Так он не понимает…
– Ты бы присмотрелась к нему получше, – продолжал настаивать Давид.
Тут-то Гаяне и вспыхнула как спичка:
– Давид, ты с ума сошел? Ты его видел вообще, к чему там присматриваться?
Яна аж икнула от ее резкого возгласа. Думала, Давид устроит сестрице разнос, но нет. Он лишь ответил спокойным тоном:
– Не смотри на внешность, Гаяне, смотри ему в душу.
Эта простая фраза Давида очень задела Яну. Смотреть в душу… Жаль, в ее душу он заглянуть не пытался.
Однако ей было непонятно, отчего у Гаяне такая неприязнь к сегодняшнему гостю. По ее мнению, вполне нормальный мужчина. Конечно, Ашота Кураляна с таким красавцем, как Давид, не сравнить. Но если не концентрировать внимание на носе, он был вполне ничего – широкоплечий, с приятной улыбкой и удивительно белыми зубами.
– Ашот хороший человек, – начал Давид осторожно. – Мои ребята проверили его со всех сторон, и он вполне годен для того, чтобы ухаживать за тобой. Уж поверь, дорогая сестра, я бы не оставил этот вопрос без внимания. Именно потому, что он прошел мою проверку, я решил познакомить тебя с ним. Он надежный, трудолюбивый, семейно ориентированный, не станет гулять от тебя направо и налево. А это самое главное…
– Он владеет психушкой! – не удержалась Гаяне. – Мне не нужен муж, повернутый на психах…
– Ашот вовсе не повернутый, – продолжил тем же деланно спокойным тоном Давид. – К тому же частную клинику психологической помощи вряд ли можно назвать психушкой. У него лечатся многие знаменитости. Я пообщался с ним и должен заметить, что мыслит он весьма здраво. И потом, ему всего тридцать два, а его капитал весьма впечатляет…
– Он мне не нравится, Давид, – строго ответила Гаяне. – Я с ним встречаться не стану.
– Хорошо, – кивнул Давид угрюмо. – Не нравится, я понял. Но тебе не кажется, что ты уж слишком перебираешь? Тебе уже двадцать пять, Гаяне. Это неестественно – так долго оставаться не замужем. Ты упускаешь свои золотые годы, тогда как могла бы наслаждаться жизнью.
– Мне и так хорошо, – заверила она брата. – Кстати, Давид, как же ты будешь без меня? Я же так много делаю для этого дома, за всем слежу… Без меня этот особняк разберут по кирпичикам.
Давид вдруг прищурился, строго посмотрел на сестру и процедил:
– Если ты не заметила, в этом доме с недавних пор появилась новая хозяйка.
После его слов Яна аж поперхнулась. Это он про нее? Ей верховодить этим дворцом? Пффф, да Гаяне не позволит ей и мяукнуть, не то что слугами управлять. Вон какой грозный взгляд бросила в ее сторону.
Впрочем, оно Яне и не надо – становиться хозяйкой дома мужчины, с которым она не видит будущего. Хотя, надо признать, на какую-то секунду ей стало приятно – Давид впервые назвал ее хозяйкой своего дома.
Яна не оставалась за ужином допоздна. Поев, сослалась на усталость и поспешила к себе. Давид удержал ее, взял нежно за руку, поцеловал пальцы. Проговорил удивительно мягким, даже бархатным тоном:
– Спокойной ночи, милая.
У Яны от звука его голоса в груди сладко заныло, хотя она и постаралась не подать вида. Она кивнула бывшему мужу и пошла к себе. А пальцы еще долго грело воспоминание о прикосновении его теплых губ.
