— Что вы хотите?! Стучать на Багратова я не стану! — заявила решительно. — По правде говоря, он не доверяет мне настолько, чтобы говорить о важных делах в моем присутствии. Я даже не знаю, что подписываю. Можете не шантажировать меня, чтобы я втиралась к нему в доверие, этого не будет. Ни за что!
— Нет, девочка моя. У меня нет столько времени, чтобы ждать. Есть другой, более легкий и быстрый способ решить мой вопрос и твой заодно.
Шилов достал телефон и полистал немного.
— Как думаешь, почему Багратов тебя не ищет? Вот почему.
Он показал фотку из профиля в соцсети, где Багратов лежит на шезлонге, заломив руки за голову. На бесстыжих глазах — солнцезащитные очки, а по обе стороны от брутала — жопастые девушки в стрингах! Дата свежая, недавняя. Значит, темперамент взял свое? Он не искал меня…
— Пусть так. Тем более, у Багратова нет ни одной причины «вестись» на меня. Попробуйте подкупить одну из этих жоп! — выдаю с ревностью.
— Я и не прошу тебя ни о чем таком. Просто появишься со мной на паре-тройке вечеров, Багратов не позволит своей жене, пусть даже «фиктивной» пачкаться о врага!
— Кто сказал, что я на это согласна?
— Как хорошо, что у тебя нет выбора, правда? — улыбнулся холодно. — Ты же не захочешь навредить милой семейной паре, которая подобрала тебя и хорошо прятала целый месяц, «Шурочка».
Я решила, что выхода нет. Но доносить на Багратова я не стану, как и играть под дудку Шилова. Как же надоело думать и бояться всего подряд, хотелось просто наслаждаться жизнью. Но кажется, это желание стало непозволительной роскошью.
Я согласилась для виду. Решив, что как только получится, сообщу Багратову о гнусных планах Шилова, и пусть сам решает, что делать с этим мерзавцем, пусть грызутся между собой, а меня оставят в покое!
Для вида пошла покорной овцой рядом с Шиловым и даже наплела бабе Марфе с дедом Анатолием, что Шилов — старый друг моей семьи, что я могу на него положиться. Наверное, я была очень убедительна — старики отпустили меня со слезами и благословили. Я успела шепнуть, чтобы баба Марфа не разглагольствовала о моей беременности. Мне не хотелось давать Шилову в руки еще один козырь.
Но, кажется, он начал о чем-то догадываться.
Я провела три дня под в доме под одной крышей с ним, старалась выходить из своей комнаты как можно реже и не попадаться ему на глаза. Но стычки все-таки происходили, и во время вынужденных бесед за обедом или ужином Шилов подолгу смотрел на меня тяжелым, сканирующим взглядом.
Так продолжалось три дня. На четвертый день за завтраком, когда я не могла и ложку с едой ко рту поднести из-за тошноты, он внезапно встал и вышел. Я не успела вздохнуть с облегчением, как он уже вернулся и смел рукой тарелку с кашей в сторону. Тарелка разбилась, я испуганно посмотрела на мужчину: он впервые вышел из себя.
— Овцу жертвенную из себя корчишь? — спросил тихим, злым голосом. — Хватит играть. Я знаю, что начало отношений с Багратовым было принудительным, но потом все пошло очень даже добровольно!
Шилов раскрыл передо мной ноутбук и ткнул на воспроизведение видеозаписи. Ночной режим съемки, но все-таки можно увидеть парочку, страстно занимающуюся сексом. Я покраснела, узнав себя, но через секунду возмутилась:
— Монтаж подсовываете? — я ткнула пальцем в иконку с датой. — Дата неверная! Украли у Багратова часть данных во время захвата и состряпали на коленке?!
— О чем ты? — хмыкнул, поставил на ускоренную перемотку, промотав несколько часов жаркого секса меньше чем за минуту. — Хоум видео номер один, — пощелкал еще немного. — Хоум видео номер два! — снова поставил на воспроизведение.
— А вот твои недавние шалости по телефону… — продолжал говорить Шилов, включив новое видео. — Так что если ты вздумала каким-то образом сигнализировать Багратову о моих планах или сбежать, напоминаю, за решетку отправишься! За убийство Баженова… Доказательства у меня есть.
Я вяло отмахнулась рукой, чувствовала себя оплеванной и униженной. Я даже не подозревала, что у Багратова повсюду камеры натыканы. Пусть его такта хватило на то, чтобы держать эти записи на отдельном диске, не для всей охраны, но все же это немного гнусно! Самые интимные моменты близости с любимым мужчиной стали предметом полицейского расследования. Одному богу известно, сколько раз и кто посмотрел эти записи, где я и Багратов занимались сексом.
Так, стоп…
— У вас все же ошибка. Монтаж, — снова сказала я, хорошо помня, что первой записи быть не может! — Нарезали из кусочков?
— Какая нарезка, девочка? Эти записи выдернули из личного архива Багратова. Хранились отдельно от всех. Намекаешь, будто мы с датами поколдовали? А смысл? Ты и так у меня вот где! — потряс жилистым кулаком перед носом.
Хорошо, что я сидела, иначе бы упала.
До меня дошло. Озарение ослепило и стало так больно, что я едва дышала!
Неужели… тот сон не был лишь сном? Это легко проверить! Я помнила некоторые детали. Но как сильно я хотела ошибиться, не желая верить, что Багратов мог так гнусно со мной обойтись…
— Позвольте?
