— Абсолютно. — Мистер Дарси наклонил бутылку над рюмкой судьи. — Коньяку?
— Да, пожалуй! — Мистер Вест жадно схватился за наполненную рюмку. — Не пойму, почему у вас оказалось столько пик…
— Так бывает, — успокоил его мистер Дарси.
— Истинная правда! Но набрать столько за одну партию!..
— Видимо, удача вам временно изменила.
— Похоже на то, — ответил мистер Вест, не вполне уверенный, что все дело в везении. — Вообще-то я думаю, что сам виноват — наделал ошибок.
— Вы пару раз неудачно сбросили карты, что было мне на руку. Вот и все. На вашем месте я бы и внимания не обратил на такой пустяк.
Мистер Вест охотно внял совету, и игра продолжилась. Мистер Дарси по-прежнему часто выигрывал, но не так, как прежде. Мистер Вест тоже не отставал. Один раз ему даже удалось забрать почти все взятки. В общем, судья решил, что пока они идут на равных, хотя его противник и продолжал набирать очки. Рассеянно вертя в руках рюмку, в которую мистер Дарси то и дело заботливо подливал коньяк, мистер Вест перестал следить за очками соперника и впал в благодушную уверенность, что разрыв не так уж и велик.
Но время шло, и настроение незаметно для него самого постепенно менялось. От наступательной тактики он уже отказался, думая лишь о том, чтобы не сильно отстать от противника. Избежав, таким образом, пару раз серьезного проигрыша, судья продолжал верить, что играет в пикет не хуже своего нового знакомого.
Мистер Дарси иногда намеренно допускал незначительные ошибки с целью создать у мистера Веста впечатление, что тот еще не разбит в пух и прах, и это ему великолепно удалось.
К концу второго часа мистер Вест взглянул на колонки цифр — и испытал шок. Он понимал, что мистер Дарси опережает его, но и представить себе не мог, что разрыв превышает тысячу семьсот очков. Подсчитывать, сколько это составит фунтов стерлингов, он не смог, ибо его мозг был затуманен коньяком, но точно знал, что никогда еще не проигрывал столько — да и не выигрывал, если уж на то пошло, — за карточным столом. Его обожгла ужасная мысль: как он сумеет скрыть от жены исчезновение из семейного бюджета столь крупной суммы? — на смену которой пришла другая: как отыграть хотя бы немного очков? О выигрыше он уже и не мечтал. Теперь его волновало только сокращение убийственной разницы между двумя итоговыми цифрами.
Мистер Дарси попытался его ободрить.
— На какое-то время удача отвернулась от вас, — заметил он, — вам шла плохая карта, которая прежде доставалась мне, но в следующей игре вам наверняка повезет больше.
— Чертовы карты! — неуверенно согласился мистер Вест. — Боюсь, я уже ни на что не гожусь и должен рассчитаться с вами, пока еще в состоянии это сделать.
У мистера Дарси имелись другие мысли на этот счет.
— Чепуха! — ободряюще воскликнул он. — Невезение не может длиться вечно, и я полагаю, что ваша удача уже близка. Более того, вы не можете сейчас уйти, позволив мне положить в карман проигранные вами деньги. Если я не дам вам возможность отыграться, я буду чрезвычайно огорчен.
Мистер Вест счел такое поведение поистине джентльменским и взялся за колоду. Ему действительно пошла хорошая карта, как и обещал мистер Дарси.
— Да-да, — пробормотал он, механически тасуя колоду и пытаясь убедить себя в том, что поступает правильно. — Надеюсь, на сей раз удача мне улыбнется.
— Не сомневаюсь, — подхватил мистер Дар-си.
Поначалу фортуна, казалось, и впрямь повернулась лицом к мистеру Весту. Но Хелен, изредка поднимавшая глаза от своего рукоделия, лучше видела, к чему идет дело. Еще вчера, понаблюдав за игрой, она пришла к выводу, что мистер Дарси отличный игрок: похоже, он успевал подсчитывать и собственные очки, и чужие. Сегодня она уже не сомневалась в том, что ее муж забавляется со своей жертвой, как кошка с мышью. Игра мистера Дарси, сочетающая природный талант с поразительной способностью к хладнокровному расчету, вызывала невольное уважение. Хелен всегда думала, что в игорных домах царит атмосфера нервного возбуждения, азартной одержимости, но мистер Дарси вел себя совершенно иначе. Несомненно, он целиком сосредоточивался на игре, но его мастерство сказывалось и в манере держаться, неизменно любезной и даже чуть небрежной. Кроме всего прочего, ему явно сопутствовала удача.
Видимо, победить мистера Дарси практически невозможно, заключила Хелен. Интересно, встречался ли ему когда-нибудь достойный противник? Конечно, ей не доводилось бывать в таких престижных мужских клубах, как “Уайт” или “Брукс”, и она не могла судить, насколько развито искусство карточной игры в высшем обществе, но тем не менее инстинктивно чувствовала, что это большая редкость. Во всяком случае, ей ничего подобного видеть не приходилось.
