— Понятия не имею. Хуршид бросил папку в камин, — усмехнулся Стравинский. — Также я не знаю, что разузнал сам шейх, но главное: его все устроило.
Ключевой хотел уточнить что-то еще, но в приемную вошел папа. Мрачный, в сером костюме, точно под цвет лица, и немного помятой рубашке. На лбу залегла глубокая морщина. Обведя нас взглядом, подольше остановившись на мне, он поздоровался и направился в свой кабинет. За ним последовал и Валерий.
— Макс, — шепнула тихо, взяв его за руку.
— Обязательно поговорим, дьяволенок, — угадав мои мысли, ласково произнес Стравинский и добавил, — но после совещания, на котором ты тоже должна присутствовать, — и потащил меня за собой.
Оказавшись в кабинете, я неуверенно замерла и стушевалась под хмурым взглядом отца. Макс провел ладонью по моей спине — и аккуратно подтолкнул меня к столу.
— Присядь, — спокойно, но властно сказал мне.
— Не смей указывать моей дочери! — взорвался папа ни с того ни с сего. — Карина… — обратился ко мне, но Стравинский его перебил.
— Она имеет право здесь быть, так как внесла неоценимый вклад в спасение вашего гребанного проекта! — злорадно выплюнул Макс, и я даже вздрогнула от такого тона.
— Максимилиан! — сурово рявкнул Ключевой, но Стравинского это вряд ли остановило бы.
Собравшись с мыслями, я вмешалась в разговор. Иначе взрыва не получилось бы избежать.
— Папа, я останусь, если ты не против, — и уверенно села за стол, закинув ногу на ногу.
По факту, в этот момент я приняла сторону Макса, и они оба это поняли, потому что отец недовольно свел брови, а Стравинский, наоборот, расслабился, устраиваясь напротив меня.
Некоторое время Огнев листал подписанный контракт, перекидываясь короткими фразами с Ключевым, потом посмотрел откорректированный вариант проекта и недоуменно поднял глаза, похоже, остановившись как раз на исправленном мною разделе. Я взволнованно закусила губу и отвела взгляд.
— Да, этот раздел был… кхм… усовершенствован… Кариной. И Хуршид, к слову, высоко оценил ее инициативу, — с нескрываемой гордостью в голосе проговорил Макс, а я не удержалась от благодарной улыбки.
— Да, достойно, — внезапно согласился папа, но тут же с подозрением уставился на нас. — Максимилиан, а ты откуда знаешь? Тебя же не было в Эмиратах, ведь так?
Теперь настала очередь Ключевого волноваться и вздыхать. Он поерзал на стуле и, нервно щелкнув ручкой пару раз, в итоге решился все рассказать.
— Вообще-то, Костя, это Максимилиан договорился с шейхом о подписании контракта. А помогала ему Карина, — с налетом вины в голосе тихо сообщил Валерий.
— Что-о? — взревел Огнев, вскакивая с места и упираясь кулаками в стол. — Вы были там вдвоем? — метал молнии в нас с Максом, отчего я вжалась в спинку стула. — Карина! Что скажет Стив, если узнает, что ты с посторонним мужчиной в Эмиратах отдыхала?
Я закрыла лицо руками, предвкушая большой бада-бум! И он не заставил себя долго ждать. Стравинский резко встал и, сложив руки в карманы, гневно стрельнул взглядом в Огнева.
— Не с «посторонним мужчиной», а с законным мужем, между прочим! — рыкнул он. — Мы официально расписаны, можете это тоже Стиву передать, — криво ухмыльнулся.
— Ма-акс! — всхлипнула я, обреченно качая головой.
— И я не дам тебе развод, Карина! — добил меня своей фразой, тут же возвращаясь к отцу. — Так что принимайте зятя в семью, любимый тесть! — съязвил напоследок.
— Ты охренел? — взревел папа, до чертиков пугая меня своей злостью. Он никогда раньше так себя не вел и слов подобных не употреблял.
— О, семейные разборки, — пробурчал Ключевой. — Пожалуй, я здесь лишний, — и покинул поле боя, плотно закрыв за собой дверь.
Тем временем перекрестный огонь продолжался, а я просто сидела, понурив голову и всей душой желая, чтоб уже и в меня прилетела смертельная пуля, остановив, наконец-то, все это безобразие.
— У Карины своя жизнь! Оставь ее в покое, — кричал папа.
— Еще чего! — не унимался Макс. — Жизнь свою она со мной проведет, ясно?
Не выдержав, я подскочила, намеренно громко опрокинув стул, таким образом обращая на себя внимание, и, стукнув руками по лакированной поверхности стола так, что он задрожал, рявкнула на мужчин.
— Может, хватит говорить обо мне в третьем лице, будто меня здесь нет? — голос срывался от злости и обиды. — Вы же просто разрываете меня на части! Делите, как какую-то игрушку! Как тачку в автосалоне, пытаясь продемонстрировать, кто из вас круче. Да вы оба друг друга стоите! — поочередно указала на них пальцем. — И вам обоим одинаково плевать на мои мысли и чувства! — и ткнула себя в грудь.
Выплеснув эмоции, вылетела из кабинета, заливаясь слезами. Как же тяжело с этими мужчинами! Хватит! Теперь я сама решу, как мне будет лучше! И на этот раз сделаю все правильно!
Проводив взглядом хрупкую фигурку Карины, я попытался восстановить дыхание и успокоиться. Она была чертовски права, впрочем, как обычно. Огнев тоже молчал, видимо, переваривая реакцию дочери. Встретились с ним растерянными взглядами и, как по команде, отвернулись друг от друга, хмурясь.
