Вот удивил-то! Это и так понятно, ибо некроманты даже после смерти продолжают нести службу, только теперь за гранью. В мире живых, мы охраняем мир мёртвых, постоянно взаимодействуем с ним, это помогает жизни. Такие как я, могут создавать нежить, а могут истреблять её, мы можем исцелять, а можем убивать. В руках некромантов сосредоточена самая сильная магия мира, магия жизни и смерти. Уже с самого рождения мы знаем о всех своих прошлых жизнях, это и есть великая книга некроманта, она хранит знания и умения всех наших перерождений. По сути, такие как я никогда не умирают, в мире живых мы ходим по грани, умерев, переходим на службу в мире за гранью, когда она заканчивается, рождаемся вновь и вновь некромантами. Этот процесс длится бесконечно, повторяясь из цикла в цикл. Родившись, мы ничего не помним о прошлом, но со временем, по мере раскрытия книги некроманта, начинаем совершенствоваться, впитываем, словно губка из неё знания. Что-то, разумеется, теряется, что-то остаётся, но перерождаясь каждый раз, мы становимся новыми людьми. Новые привычки, новые вкусы и характер, иная внешность и мировоззрение, но знание остаются. Такие как я – самые удивительные представители магического мира, самые сильные и самые страшные.
– Вот это поворот, мне сейчас поклон отвесить или в ножки упасть? – спросил я недовольно.
– А ты и вправду бесцеремонный хам, – произнёс Джармин, да ещё с таким видом, будто бы меня должно волновать его мнение относительно своей персоны.
– Ты бы не путался у меня под ногами, я здесь по делу, а ты мешаешь, – произнёс я и начал обходить его по кругу, дабы беспрепятственно продолжить свой путь.
– Я могу тебе помочь, один ты не справишься, а чем чревато длительное пребывание за гранью, думаю, тебе известно, – произнёс мне в спину мужчина.
– С чего такая доброта? – спросил я, резко оборачиваясь, ибо людям, а некромантам в особенности, не свойственно совершать какие-либо действия без собственной выгоды.
– Ты не понял кто я? – спросил мужчина.
Вот тебе поворот! Я что, обязан знать всех померших некромантов? Конечно, я не знаю кто он. Джармин… Довольно редкое имя для Эрнарии, и если бы я встречал кого-то с ним, то обязательно запомнил бы. А я… А я встречал, причём буквально на днях, но мимолётно, потому как не заострял внимания.
– Ты – отец Эделмунда? – спросил я, вспомнив, что, кажется, именно в досье на шталмейстера видел это имя.
– Да, – подтвердил мужчина.
– Погоди, но как это возможно? Нигде не говорилось о том, что ты – некромант, это бы я точно запомнил, – у меня просто в голове не укладывался сей факт.
Нет, я понимаю, что настоящие документы из архива пропали, их забрал Ёзиф Флокс, и то, что предоставили мне, это было лишь воспоминание, воссозданные факты по памяти архивариуса. Но даже при таком раскладе, работник архива должен был запомнить, что отец Эделмунда не просто умер, а то, что он был некромантом. Это слишком важный факт, чтобы его просто упустить. Значит, архивариус специально мне ничего не сообщил. Но почему? Зачем ему лгать, с какой целью? Или он мне не лгал, необходимую информацию просто стёрли из его сознания. Сделать это мог только некромант, и что-то мне подсказывало, что являлся им мой старый знакомый расфуфыренный индюк.
– Я не понимаю, зачем тебе тогда мне помогать? Я раскрою дело, докажу всем, что Эделмунд предатель, и твоего сына казнят, – да, я напрочь потерял связующую нить.
– А ты сначала докажи это, – произнёс Джармин. – Идём, я отведу тебя к тому, кого ты ищешь.
Строить из себя великого некроманта, способного всё сделать в одиночку, сейчас было глупо. Я понимал, Джармин прав, у меня уйдёт уйма времени на поиски, а если они затянутся, я рискую уже не вернуться в мир живых, и потому я отправился за ним. Некромант вёл меня вперёд, мы лавировали между лифтами, и вскоре он остановился, взмахнул рукой и один из лифтов тоже остановился.
– Это маг, с которым ты хотел поговорить, – произнёс Джармин, и отошёл в сторону. Можно подумать, он сейчас сделал вид, будто бы не станет подслушивать, только вот ему это и не нужно, здесь за гранью жизни он читает сознание.
– Достопочтенный Ваухан, позвольте побеспокоить вас, – произнёс я, становясь напротив лифта. И да, я очень даже могу быть вежливым, просто часто об этом забываю.
– Визит из мира живых? Давно ваших не встречал, – произнёс пожилой маг. – По-видимому, случилось нечто очень серьёзное?
– Да, крайне серьёзное. Есть подозрение, что кто-то воспользовался запретной магией, – сказал я магу прямо. – Мне нужно подтверждение или опровержение данного факта.
– Запретная магия? – удивился Ваухан.
Ах, точно, он же не знает, что древняя магия в наши дни считается запретной и все знания – навеки утерянными. Мне пришлось ввести его в курс дела, рассказав вкратце всё, что произошло в Эрнарии за последние несколько столетий.
– Значит, наша магия теперь стала запретной? – усмехнулся маг.