А мне бы эту встречу пережить. Но не успела я мысль додумать, как небо озарила яркая вспышка, за ней вторая, через некоторое время третья.
— Тебе пора возвращаться, — вздохнул Ал.
От четвертой вспышки у меня в глазах все побелело, потом потемнело. Я так испугалась, что ослепла. Но, зажмурившись и снова открыв глаза, увидела испуганное лицо Орлайна.
— Ти, родная! — крепко обнял меня муж.
Я чмокнула его в щечку и облегченно выдохнула.
— Сиди здесь и ни в коем случае не засыпай. Я скоро вернусь! — так и не спросив меня, что я видела, супруг покинул комнату.
— Ты куда? — спросила я закрывшуюся дверь.
Ясное дело, что она мне не ответила! Было бы более чем странно, если бы она мне сказала, куда пошел мой муж.
Сладко потянувшись, я встала и направилась в ванну. Там стояла бадья с уже теплой, а не горячей водой, но это все же лучше, чем ничего. Приведя себя в порядок, я надела синее платье с белым кружевом.
И только я закончила с давно остывшим завтраком, как в дверях появился Орлайн.
— Ты вернулся! — поспешила я в объятия супруга. — Куда же ты ходил?
— А вот за этим, — на мое обозрение были представлены серьги и кольцо с сапфирами. — Зашел к знакомому ювелиру. Надо же жену от назойливого принца спасать.
Супруг вроде в шутку сказал последнюю фразу, но от меня не ускользнуло полыхнувшая в глазах магия. Как же он на него зол!
Я тут же протянула руку, чтобы он надел мне кольцо.
— Подожди, оно еще не зачарованное.
Закрыв за собой дверь и ставни на окнах, муж порезал себе палец и начертил на столе круг с полосками и непонятными символами внутри. От меня тоже потребовалась кровь, правда, только по капельке на каждое изделие. Затем он снял с себя рубашку и, расставив руки, начал читать заклинание. Слова разобрать я не смогла, потому что это был скорее набор гортанных звуком, чем слова. Последний громко произнесенный звук — и его глаза покрыла черная пелена. Зрелище, надо сказать, не для слабонервных.
Подчиняясь магической формуле, предметы поднялись до уровня глаз Орлайна и стали кружиться по кругу пентаграммы. Следующие слова заставили засветиться черным сиянием камни изнутри, но через секунду они приняли свой цвет. Глаза мужа приобрели нормальный вид, а украшения упали на стол.
— Все, теперь он не сможет держать тебя дольше, чем ты захочешь. Просто коснись одного из камней — и ты проснешься.
Я горячо поблагодарила мужа за этот поистине бесценный подарок. А саму меня не покидала мысль, что мне теперь придется вовсе не спать, потому что камни меня будят, а во сне принц. Лучше бы камни принца будили — быстрее бы отстал.
— Я смотрю, ты уже позавтракала. Значит, можем собираться в путь, — отстранился от меня супруг.
— Зачем? Они же все равно знают, где мы. Может, останемся здесь и ты покажешь мне город? — видя, что Орлайн готов возразить, я быстренько опустила глазки и тихонечко добавила: — А то я кроме поместья и дома родителей и не видела ничего больше.
— Я думаю, не стоит тебе напоминать о твоем походе на празднество? — холодно произнес муж, приподняв бровь.
Я виновато вздохнула. Вот один единственный раз решилась ослушаться мужа, и к чему это привело! Такого я точно не забуду никогда!
Но мой виноватый вид растопил холодное сердце некроманта и он, обняв меня, согласился на один день задержаться, чтобы показать ярмарку, которая как раз сегодня началась.
Мне не надо было слов, чтобы выразить Орлайну благодарность — у меня для этого был поцелуй искренний, горячий и порывистый.
Когда муж от меня оторвался, то с заметной хрипотцой произнес, что таким образом мы скорее останемся в комнате, чем выйдем погулять.
Задержаться мы всегда можем, а вот ярмарка нас ждать не будет. Так что со вздохом я призналась, что мне очень хочется все это увидеть своими глазами. Орлайн с сожалением меня отпустил, заметив, что начатое мы продолжим, даже если к вечеру я совсем устану. Я отпираться не стала, тем более, что я совсем не против.
Служанки покряхтели, покачали головами, но нацепили мне на голову модный, но жутко неудобный чепец, торчащий на затылке, где закалывались волосы. А вот спрятать глаза могла только я. Так что к вечеру у меня будет полное косоглазие, ибо рассмотреть прилавки не поднимая головы — это жутко неудобно.
Поодаль за нами шли два сопровождающих, но делали вид, что и не с нами вовсе. Началась ярмарка с гула толпы, словно здесь рой пчел и они все шумят и шумят. И чем мы ближе, тем гул громче. Уже на подходе к ярмарке нас подхватила толпа и в гуще людей и прилавков мы оказались неожиданно быстро. Я даже вывеску толком рассмотреть не успела.
Зато сам рынок был необъятен! Мне казалось, что и недели не хватит, чтобы обойти все прилавки и посмотреть на все товары. Тут и там торговцы звали ознакомиться с их «самыми лучшими товарами, привезенными из заморских стран».
