Взгляд Багратова становится острее. Он вонзается им в меня с силой, руша хлипкие заслоны. Чувствую себя так, словно он сканирует меня на предмет лжи и притворства.
Он мне не доверяет, догадываюсь я. Думает, что моя беззащитность и поведение — лишь маска, за которой скрывается алчная и расчётливая стерва.
— Я не связывалась ни с кем. Всего лишь воспользовалась щедрым предложением твоей любовницы. Она обещала помочь мне с побегом! — выплёвываю я, решая отбросить в сторону нерешительность.
— Врёшь… Мадина здесь ни при чём.
— Посмотри данные с камер видеонаблюдения в доме. Думаешь, зачем она приходила ко мне просто, чтобы потрепаться?
— Мадина привезла документы. От Юсупова, своего отца. Я знал о её визите.
— Но ты не знал, о чём она говорила со мной. Камеры не пишут звук?
Мои вопросы лишены всякого смысла. Багратов не верит мне. Ни единому слову. Я пытаюсь заставить его сомневаться. Но в мужчине слишком много перекрученных, лютых эмоций с привкусом агрессивной злобы хищника, которого пытались обмануть.
— Я не смогла бы организовать побег! — губы Багратова кривятся в саркастичной усмешке недоверия. Я продолжаю говорить, не обращая на это никакого внимания. — Ты можешь не верить мне. Но я прошу тебя поверить фактам. Я находилась под круглосуточным наблюдением. У меня не было ни единого шанса провернуть это самой и выйти, как ты считаешь на подельников. Это было сделано извне.
Внезапно Багратов начинает крениться в сторону. Я успеваю нырнуть под его плечо и вынуждаю опереться на себя.
— Уйди! — злобно рычит он.
— Если я уйду, ты упадёшь.
Я обнимаю мужчину за торс, с тревогой наблюдая, как по белой ткани футболки расплывается кровавое пятно. Помогаю мужчине преодолеть комнату и выхожу в коридор, громко зовя на помощь.
Багратова подхватывают и уводят, чтобы уложить обратно в постель. Через несколько минут в доме Багратова появляются люди в медицинских халатах, а воздух в коридоре возле комнаты мужчины начинает пахнуть медикаментами.
— Ему нельзя было покидать больницу! — говорю с отчаянием в голосе, полном слёз.
— Шеф решил иначе, — пожимает плечами Циклоп и пристально всматривается в моё лицо. — Переживаешь? С чего бы? Если шеф умрёт, ты будешь свободна. Не этого ли ты хочешь?
Я отшатываюсь от его жестоких слов. Нет. Я хочу не этого. Я не желаю зла фиктивному мужу. Я хочу, чтобы он жил.
— Предлагаю посмотреть варианты оформления свадебного зала…
Хорошо поставленный голос Инги вырывает меня из плена сумрачных мыслей. Некоторое время я просто пытаюсь понять, о чём она говорит. Свадебные залы, оформление… Всё это кажется чужим, словно из другого мира, к которому я не имею никакого отношения.
Брюнетка тем временем сама выбирает, куда сесть, и закидывает нога на ногу. Служащий заносит следом за ней кипу толстенных каталогов.
— Багратов ещё не поправился, — возражаю я.
— Я знаю, — с ледяной улыбкой на губах отвечает Инга. — Но он просил, чтобы ты сделала этот выбор сама.
Я вскакиваю на ноги, едва не теряя связь с действительностью.
— Ты говорила с ним? Когда?!
Инга выдерживает небольшую паузу и изящным жестом берёт один из каталогов.
— Предлагаю начать отсюда. Все тренды нынешнего сезона представлены здесь. Есть и более классические варианты оформления.
— Ты не ответила!
— Я нахожусь здесь не для того, чтобы отвечать на твои вопросы, — говорит, даже не поднимая взгляда. Инга скользит им по страницам лощёного глянца и постукивает острыми ноготками.
— Мне плевать. Я не стану выбирать, пока ты не скажешь мне, когда говорила с Багратовым! — говорю ледяным голосом и добавляю просящих ноток под конец. — Как он? Я хочу знать.
В лице Инги появляется небольшая толика сочувственного выражения, которую она прячет под профессиональной улыбкой.
— Вы живёте под крышей одного дома. Неужели ты ничего не знаешь о его состоянии?
— Да. Но Дамир не желает видеть меня. Меня не пропускают в то крыло этажа, где находится его спальня. Я только вижу, как иногда приезжают врачи, работает прислуга и сменяются охранники. Я пыталась разузнать у кого-нибудь из персонала. Но все они молчат, словно воды в рот набрали.
— Ты разозлила большого босса, которого лучше не злить, Эрика… Неудивительно, что Дамир Тамерланович не желает с тобой разговаривать. Давай вернёмся к нашему делу, — предлагает Инга. Видя, что я не настроена смотреть каталоги и вообще не хочу шевелить и пальцем, она вздыхает, говоря безразличным тоном, словно разговаривает об оформлении на свадьбу. — Босс в порядке. Он легко передвигается и даже занимается в тренажёрном зале, возвращая себе форму.
— У него есть тренажёрный зал в том крыле?
— Да, — коротко отвечает Инга.
Ох, а я за всё время, что здесь живу, даже не знала, что на втором этаже есть тренажёрный зал. Неудивительно, на самом деле. Ведь количество комнат — огромно, а мне не позволяют забредать в то крыло.
Чувствую себя героиней сказки. Хотелось бы добавить — «Красавица и Чудовище», но в моём случае, это, скорее, сказка о «Синей Бороде»
