— А-а-а, вы же в СИЗО, — догадалась Кира, — и говорить вам не совсем удобно. — Так?
— Так.
— «Кое-что» я передала Борису Яковлевичу.
— Он клянется, что передал, но того, кому передал, сейчас нет и когда появится неизвестно, а кое-кто ждет обещанного.
— И в чем же дело? — Кира никак не могла взять в толк в чем загвоздка.
— В том, что надо это кое-что передать, — сдерживая раздражение, объяснял адвокат.
— Ну, и в чем дело, Абрам Ааронович? Конечно, надо.
— Вы хотите второй раз… передать?
— Хоть третий, — усмехнулась Кира, — это «кое-что», не мое, и мне, поверьте, все равно сколько, кому и почему надо это «кое-что» передать, отдать или запулить в космос — главное, для меня это отчетность, а уж кому, куда, сколько и почему пусть разбирается сам «заключенный», когда выйдет на свободу.
— Подследственный, — машинально поправил адвокат, впервые встречаясь с таким отношением к незапланированным расходам. — Так вы согласны зап… завести мне это «кое-что» прямо сейчас?
— Сей минут, — вскочила Кира с кресла, — даже сей секунд. Столько же?
— Да, пошлите кого-нибудь понадежнее из ваших архаровцев к вашему родственнику, а уж дальше мы разберемся.
— Уже делаю!
Войдя в спальню, Кира достала деньги из сейфа, положила их в конверт и хотела позвонить Николаю, но передумала: с тех пор, как она узнала о беременности его сестры от Бурмистрова, Кира немного разочаровалась в Николае — столько времени скрывать свои родственные отношения с любовницей Вячеслава, не заступиться за сестру, когда ее бросили беременную и даже хотели уволить с работы… должны быть, ну очень, веские причины для такого равнодушного отстранения. Поэтому Кира позвонила Краснову, и попросила его подняться в кабинет.
— Пожалуйста, Евгений, отвезите это Федину, — попросила она, передавая конверт. — Вы позвоните ему, он скажет куда подъехать. Номер его телефона…
— У меня есть, Кира Дмитриевна. Не волнуйтесь, все сделаю.
— Если хотите, переночуйте дома, и приезжайте к обеду. Завтра дочери и родители приезжают — надо их встретить.
— Спасибо, отосплюсь, — довольно улыбнулся «архаровец». — Как деньги передам, отзвонюсь.
Кира хотела спросить откуда он знает, что в конверте деньги, но спрашивать не стала и просто кивнула головой.
И только когда все мужчины отзвонились, Кира смогла вздохнуть с облегчением.
— Паш, сегодня в церкви, я вспомнила твоего Левитанского: «Каждый выбирает для себя…»
— Женщину, религию, дорогу… — продолжил Павел.
— Хочу спросить, с высоты прожитых лет, ты так же считаешь, что главное в жизни — служение Родине?
— Для мужчины — да, — уверенно ответил Павел и вздохнул, вспомнив их нешуточные ссоры. — Только не обижайся, пожалуйста.
— Ну, почему я должна обижаться, — задумчиво произнесла Кира. — Это твое мнение… И, наверно, ты прав.
— Для женщины — любовь, семья, дети важнее, а мужик должен защищать своих любимых, семью, Родину.
— Ты, как всегда, прав… — тут же согласилась Кира, глядя сквозь балконную решетку на бегающего по территории Лариона.
— Что-то настроение у тебя какое-то соглашательское. К чему бы это?
— Наверно, к дождю… Ой, Паш, мне сегодня маляву передали: «Кента на разбируху тянут. У вертухаев кидняк не проканает. Падла кента подкеросинил. Шарьте крысу». Как же найти эту крысу? Ой, тебе перевести?
— Не надо, — хохотнул Павел. — Скоро ты по фене ботать будешь. Поздравляю!
— Федин точно так же сказал… — Кира задумалась, как будто разгадывала кроссворд. — «Феня» — это жаргон, а «ботать» — значит, болтать. Так?
— Так, полиглотша, ты моя.
— Лучше скажи, как эту крысу найти?
— Да не заморачивайся ты с этим, без тебя найдут… — Павел помолчал немного, настраиваясь на серьезный лад. — Завтра девочки приезжают… Мы должны рассказать им о том, что Виктория моя дочь, вдвоем — я скоро приеду и расскажем. А пока…
— Давай не будем загадывать, — Кира чувствовала, что разговор с дочерями о таком важном «событии» откладывать нельзя, слишком много народа посвящено в эту «тайну» и какое-то непредвиденное обстоятельство может взбудоражить, перемешать и неправильно представить события ее жизни — лучше уж она сама им все расскажет, ответит на вопросы, даст объяснения. А Павлу… ему останется только приехать и познакомиться с Викой и Алисой. — Спасибо тебе, что хочешь поддержать меня, но откладывать разговор я не могу — девочки увидятся с Анатолием, и он им такого наговорит обо мне, что в пору бежать без оглядки от такой матери. К тому же еще этот брак и развод с Вячеславом объяснять…
— Тяжело тебе там, — пожалел ее Павел и пожалел, что его нет рядом, чтобы поддержать ее в трудную минуту объяснений. — Кир, может потянешь до пятого, а там ко мне прилетите и все вдвоем расскажем?
Кире было очень приятно, что он переживает, а главное, готов разделить с ней ответственность за произошедшее в прошлом.
— Па-ша! Я большая девочка и постараюсь со всем справиться сама. Ты лучше лечись побыстрее… и приезжай. Договорились?
— Ты мне позвони, как будет свободная минутка — расскажешь, что и как.
— У тебя же массаж, бассейн, тренировки…
— Ничего, вы важнее.
