- Просто ты был слишком глуп, - я знаю, что мои слова звучали очень жестоко, но я не хотела, чтобы он думал, что ему все сойдет с рук. Тем более, мне не хотелось, чтобы он мог еще хоть раз такое повторить. - Миша был терпелив к тебе, - он изумленно посмотрел на меня. Похоже, он не до конца все-таки изменился. - Да, он терпел тебя в своем доме, хотя это ты напакостил в его жизни, что мягко сказано. Это ты каждый раз его унижал, хотя не имел на это право. Он ведь мне даже не сказал, что ты сделал. Просто он знал, что я разочаруюсь в своем старшем брате.
- Прости меня, Диана, - он встал и схватил меня за руку. - Я очень сожалею, поверь, я бы все отдал, лишь бы не было этого побега, лишь бы моя семья не отказалась от меня.
- Ты не исправим, - я горько посмотрела на него. - Не твоя семья отвернулась от тебя, а ты от нее, - с этими словами я покинула его палату.
В коридоре я увидела маму. Она старалась скрыть свои слезы, но я поняла, что она подслушала наш разговор.
- Мама…
- Все в порядке, - она вымученно улыбнулась. - Ты была права, это он от нас отвернулся. Он всегда был таким. Думал, что ему все должны, а сам для этого ничего не делал. Может, это я виновата, все-таки он мой первый ребенок, я ему все прощала, была слишком нежной с ним. Он даже своего отца не слушал, шел ему наперекор. Но даже у нашего святого папы кончилось терпение. Ты не знала, но он сейчас винит себя, что не смог воспитать из него достойного человека… Тебе нужно встретиться с Михаилом. Но, дочка… - она сначала задумалась, опустив голову вниз, а потом продолжила, - не смей перед ним извиняться за проступок своего брата. Никогда не бери на себя чужую вину.
Мама будто заглянула в мою голову, ведь я хотела извиниться перед ним за безобразную ситуацию. Но мама как всегда права - это не моя вина. Просто надо постоянно повторять себе это, чтобы не забыть.
Когда я дошла до Мишиного дома, мне открыл его отец. Его лицо выглядело измученным, хоть он и пытался меня успокоить, что все в порядке. А мне опять захотелось извиняться, ведь он потерял свою любимую из-за моего брата… «Диана!». В моего голове прозвучал голос мамы, который говорил, что не стоит перекладывать на себя чужую вину, а жить своей жизнью.
Я поднялась в Мишину комнату, но его там не было. Тимур Олегович сказал, что он распустил всю прислугу, а сам отправится на работу, чтобы не мешать нам и мы смогли поговорить. Миша вернулся в комнату в одних домашних шортах, а на его плече висело полотенце - видимо принимал душ.
- Диана? - он явно не ожидал меня увидеть. Да что там. Я сама не ожидала, что приду сегодня сюда, что вообще сделаю первый шаг.
- Мне почему-то показалось, что ты не скоро мне позвонишь, как и обещал, поэтому я решила прийти, - я отвернулась к окну. - Оденься, пожалуйста, а то я не могу так говорить.
- Может чаю? - предложил он, когда накинул на себя толстовку.
- Прости, но я не за этим сюда пришла, - он откинулся на спинку кровати и пристально посмотрел на меня, я же уместилась на широком подоконнике, - всегда о таком мечтала. - Что между нами теперь будет? - ну вот, я задала терзавший меня все это время вопрос, но так страшно было услышать на него ответ.
- Как ты захочешь, - он продолжал на меня как-то странно смотреть.
- Что? - вот нисколечки он не разрешил ситуацию.
- Не скрою, поначалу я не винил, но… Как бы правильно выразиться… Мне было неприятно, что ли, от того, что он именно твой брат. Но потом я понял, что это не он разрушил нашу семью. Ему просто нечего уже было рушить. Поэтому я и говорю, как ты захочешь.
- Но чего хочешь ты? Ведь тебя даже не спросили, хочешь ли ты жениться или нет. Поэтому я не хочу, чтобы еще к этому прибавилось чувство утраты и предательства, которое ты будешь испытывать каждый раз, глядя на меня и вспоминая моего брата.
- Я не любил свою мать, как и она не любила меня! - он разозлился. - Невозможно любить человека, который и тебя-то никогда не любил. И, как я уже говорил, ты не виновата. Поэтому, если ты не против, я бы не хотел разводиться.
- Я бы тоже…. не хотела, - я встала с подоконника и побрела к нему.
- Тогда и не будем этого делать, - он встал и обнял меня, положив свою голову мне на макушку.
С того злопамятного праздника прошло четыре года. Мне уже двадцать один, я учусь в Москве вместе со своими подругами. Толя и Вероника этим же летом, после окончания одиннадцатого класса, поженились, чтобы больше никакие ссоры не смогли их разлучить, ведь разрушить брак - это вам не просто так! Свой же брак я тоже смогла сохранить, и вот уже четыре года мы живем душа в душу.
Миша навестил своих родных бабушку и дедушку по материнской линии. Они, конечно, горько плакали, когда узнали о смерти своей дочери, но все-таки смогли это пережить. Когда узнали, что он женат, то начали расспрашивать, когда же они смогут увидеть правнуков. Нам лишь оставалось отшучиваться, ведь мы не собирались заводить детей до окончания моего обучения.
