Всю дорогу до лагеря я старалась не смотреть в сторону историка, увлеченно разговаривая с Ириной. После сцены в автобусе мои мысли должны были звучать так: “О, Боже, о чем же я должна теперь заговорить с Ромой? Как мне ему отказать, чтобы не возникло лишних вопросов и мы остались бы друзьями?”. Но они текли в совершенно другом русле, чему я была удивлена: “Не смотри в сторону Миши! Ты видишь его боковым зрением и этого хватит! Нет! Да, вот так, правильно, продолжай спокойно разговаривать с Ириной”.
Но когда у одноклассницы язык стал заплетаться от болтовни, она решила поиграть в игры на своем телефоне. Я же не была против этой передышки. Воткнув наушники, я не включила музыку, дабы послушать разговор одноклассников и классного руководителя.
- А это правда, что вы жили в США? - спросил мой одноклассник.
- Да, - просто ответил он, явно не хотя вдаваться в подробности своей жизни. Да и признаться, я сама о нем ничего не знаю.
- А почему вы вернулись сюда? Я бы там остался, - продолжал все тот же парень.
- Я вернулся сюда из-за жены, - сказал он и посмотрел на меня. Я же успела закрыть глаза.
- Никогда бы не стал прогибаться из-за женщин, - сказал другой мой одноклассник, чем-то смахивающий на гопника.
- Смотря что за женщина. Она просто чудо - почти не пользуется косметикой, при этом оставаясь самой красивой; добрая, умная, - мой рот стал расползаться в улыбке. - Правда, готовить не умеет, обидчивая и нетерпеливая.
- Да тут плюсов меньше, чем минусов, - вставила свои пять копеек Алиса. - А вы уверены, что все обдумали, когда предложение ей делали?
- А я и не делал ей предложение, мне было не до этого, - просто отозвался он.
- Сама предложила или по залету? - ехидно улыбнулась она.
- Нет, родители нас поженили ради собственной выгоды, - я чуть по лбу себя не стукнула. Как он мог им все рассказать?
- О, это ужасно, - продолжил одноклассник.
- Ужасно? - переспросил Миша, задумавшись. - Я считаю это подарком судьбы.
- А расскажите что-нибудь из семейной жизни, - попросила самая сентиментальная одноклассница.
- Ну, нет. Думаю, на этом нужно остановиться, вы и так многое узнали, - после этого он больше ничего не рассказывал. Ирина возобновила свою деятельность, бурно рассказывая о том, что я пропустила тот момент, когда у них с Максимом строились отношения; и что мне тоже не помешало бы начать с кем-нибудь встречаться. Не знаю, почему она так пристала к моей личной жизни.
- Ребята, выгружаемся, - громко сказал физрук.
Устало вздохнув, так как я отсидела свою пятую точку, я поднялась с нагретого места и пошла за одноклассниками. Передо мной долго спускалась полненькая одноклассница, которая зацепилась рюкзаком, поэтому я закатила глаза, но старалась не показывать ей своего раздражения. Как только она вышла, я резко шагнула вперед, зачем-то сразу переступив все ступеньки, и полетела вниз. Уже приготовившись поздороваться с грязным асфальтом, меня поймали. Почему-то я посчитала, что поймать меня должен был Миша, поэтому я прижалась к своему спасителю. Но это оказался Рома, а муженек стоял чуть впереди с выставленными вперед руками, как бы готовясь меня поймать. О, его лицо надо было видеть. Он как-то ошарашено смотрел то на свои руки, то на Рому, то на меня.
- Скажите спасибо, Михаил Тимурович, что благодаря мне вы не оказались в неудобном положении. Что бы сказали люди, если бы увидели, как вы обнимали вашу ученицу? - мило сказал одноклассник.
- Спасибо, Роман, - бесцветно ответил мужчина и отвернулся от нас. По сути я должна была закатить истерику, почему вдруг Рома так с ним разговаривает, но я не могла ему ничего сказать. Не потому что мне было неловко от его недавнего заявления, а потому что я просто не могу его обидеть или расстроить. Он является для меня дорогим человеком, одним из немногих, как, например, мама, папа, Миша, да и Ирина стала недавно входить в это число.
- Вот твоя сумка, - смущенно глядя в пол, Рома подал мне мои вещи. Сама не знаю почему, но смущение, которого только что не было, нахлынуло на меня. Засмущавшись, я коротко ответила “спасибо” и пошла за остальными.
Мы, действительно, находились в заброшенном лагере, что меня немного пугало. Миша забыл еще упомянуть, что я трусиха. Кстати об этом, он так тепло отзывался обо мне, будто и правда женился по любви. Но хорошо, что ребята не знают, кто его жена, иначе я бы сгорела от стыда перед ними.
Вернемся к описанию нашего места “отдыха”. Домики выглядели вполне сносно, но вот забор, окружавший их, был полусгнившим. Крыши были красными, а стены какого-то песочного цвета. Одно из зданий, чуть больше обычного, было закрыто на замок, и мне сразу захотелось проверить, что там. Также на улице стоял туалет, чему все были несказанно “рады”, даже учителя печально вздохнули. Территория лагеря была не очень большая, а, может, и большая, если лес, от которого лагерь не был огорожен, тоже входил в его владения. По другую сторону находилась река с очень мутной водой, а что еще можно было ожидать от осени?
