– Царапку? – Я начинала приходить в себя. Влад прижимал меня к себе, гладил по волосам. Я же вцепилась в его куртку мертвой хваткой, не понимая, что происходит.
– Это царапинка. Он поторопился сделать твою волчицу своей. Доказать ей, что все уже решено. Но поступил грубо и задел тебя.
– Как душу порвал.
– Выделил небольшое местечко. Я его не оправдываю, но понимаю: он слишком долго был один. У меня была семья. Он же без пары бегал.
– Разве так бывает?
– Истинную пару найти сложно, – ответил Влад. – Пришла в себя?
– Мне все еще плохо. Внутри все болит. И не надо говорить, что все пройдет.
– Хорошо. Не буду. Но это все один раз.
– Как потеря невинности?
– Да.
– А ты? Тоже такое чувствуешь? – спросила я Влада. Он рассмеялся.
– Девочки не такие грубые, как мужики. Ты была замужем?
– Была. У меня вольная.
– Ну и хорошо. Не люблю первую брачную ночь.
– Я за тебя замуж не пойду.
– Придется. Одна ты не справишься со зверем.
– Тебе-то до этого какое дело?
– Я же говорил, что если ты станешь оборотнем, то и меня ждет такая судьба. Меня это немного не устраивает.
– Кашей пахнет.
– Есть хочешь?
– Хочу.
Я села. Поежилась. Мне было холодно и как-то не по себе, но при этом пришло спокойствие. Из кустов вышел волк с волчицей. Волчица подошла ко мне. Ткнула носом мне в ладонь и тут же исчезла. Волк сел рядом. Я не хотела его видеть. Почему-то на душе было ощущение, как будто он меня предал. Волк вздохнул. Лег, положив на лапы голову.
– Сам виноват. Не надо было торопиться, – сказал ему Влад. Волк его проигнорировал. Попытался подставить голову под мою руку, но я ее отвела. Тогда волк отвернулся.
– Влад, а что теперь?
– Зависит от тебя. Можем оформить отношение. А можем повстречаться какое-то время.
– Я не хочу вновь выходить замуж.
– Почему? – спросил он, снимая котелок и доставая из рюкзака ложки. Я не ответила, наблюдая за едой. – Можем с тобой начать жить вместе. Оформить отношения и жить, но не торопиться их узаконивать.
– Спать в разных кроватях? – спросила я, вытирая слюну. – Никогда раньше не испытывала такой голод.
– Перекидывание требует много сил и энергии.
– А можно умереть от истощения? Когда часто перекидываешься и не ешь?
– Можно. Но сложно. Инстинкт заставит волха найти еду.
– Но волх – это же дух, сущность или чего-то еще, – забирая ложку и зачерпывая кашу, ответила я.
– Волк – это часть тебя и он вполне реален. Перекидывание – это объединение тебя и волка. Как улучшение твоего тела для выполнения какой-то задачи.
– Странное объединение. И не понятно зачем. Как будто и без этого в жизни проблем нет, – ответила я, отмечая вкус каши. Было что-то дикое вот так сидеть около костра и ложкой есть прямо из котелка. И пусть вся ситуация казалась дикой, нереальной, но при этом я получала от нее удовольствие.
– Причины были одни – нужно выживать. Хищники истреблялись. Они должны были раствориться среди людей, чтоб сохранить себя.
– Хочешь сказать, что волхи – это волки, принявшие человеческий облик?
– Возможно. А может человек объединил свою душу с душой зверя, чтоб сделать себя сильнее. Все это было так давно, что никто не помнит, кто был первым волхом. Но нас довольно много. И зверь может проснуться почти в каждом человеке, – сказал Вадим.
Он отвернулся, чтоб подбросить дров, а я нашла кость и чуть не вгрызлась в нее. Вспомнила о волчице. Она появилась внезапно. Как будто только и ждала, когда я о ней вспомню. Она аккуратно взяла кость и отошла в сторону, чтоб ее съесть. Волк вздохнул. Он продолжал лежать, только теперь смотрел не на меня, а на волчицу. Мне же сразу расхотелось есть. Приятная сытость наполнила тело. Удовлетворение. Спокойствие.
– Ты улыбаешься, – заметил Влад.
– Страх ушел. У меня теперь появилась защита. Можно перестать бояться.
Опять начал накрапывать дождь. Зима все еще не хотела вступать в права, а предпочитая отдавать свое законное время осени. На работе меня ждала холодная комната и бумаги, требующие перевода. Вместо работы я сидела около костра в странной компании и не чувствовала угрызения совести.
– Мы вчера с девчонками разговаривали про жен волхов. И пришли к выводу, что лучше жить по вольной здесь, чем на вашей территории, – сказала я.
– Почему?
– От вас выхода нет. Вы берете жен из наших земель, а после этого теряется связь. И женщины после обряда стареют.
– У тебя родители живы?
– Нет.
– Есть родственники, с которыми ты тесно общаешься? Друзья?
– После вольной все отвернулись.
– Так чего ты переживаешь?
– Все равно есть опасения. К тому же я не хочу больше повторения первого брака, – ответила я. – Тут чистая математика. Мне не получится накопить на вольную во второй раз.
– Наташ, я могу долго убеждать тебя, что все будет иначе. Объяснять, чем лучше для тебя уехать со мной. Быть со мной. Но я этого делать не буду.
– Почему? Это не желание поднять себе цену или капризы. Мне интересно.
– Дождь начинается. У меня вечером назначена встреча, – ответил Влад. – До нее желательно отправить несколько сообщение по быстрой почте.
– Ясно, – ответила я, кутаясь в плащ. Чихнула.
– Нужно возвращаться, Наташ.
