Почтальон в юбке стала охать, пытаясь скрыть громкость своего удивления. Все стоявшие прикрывали рты руками, боясь ненароком сказать чего лишнего. А женщина с синими глазами вышла на улицу. Она шла быстрым шагом, не оборачиваясь. После остановилась и посмотрела на конверт, весь оклеенный марками.
Спрятав конверт в карман своего пальто, женщина приблизилась к припаркованному автомобилю. Водитель поспешил открыть дверь. Как только женщина оказалась в салоне, она запустила руку в карман и сжала конверт, не отпуская его всю дорогу до дома.
Зайдя домой, женщина с синими глазами посмотрела на себя в зеркало, поправив прическу, прошла вдоль коридора и зашла в просторную комнату, которую полностью заполняли лучи весеннего солнца.
Сев за круглый стол, она стала поправлять скатерть, разглаживая ее из стороны в сторону. Положив перед собой конверт, женщина вчитывалась в каждую букву адресанта. Услышав, как загремели дверные замки и тут же послышались шаги, она, не оборачиваясь, спрятала конверт под скатерть.
Зашла домработница. Женщина обратилась к ней:
– Надя, сходи, пожалуйста, в булочную, сегодня вечером Юра с семьей приедет. И вещи из химчистки забери.
Как только домработница вышла, конверт был вскрыт.
Прочитав первые пару строк, глаза остановились на главной, так долго ждавшей информации.
«…Вот что удалось выяснить, по вашему запросу были собраны следующие сведения. По спискам всех жертв концлагерей, расположенных на территории Германии и стран-союзников, заключенной с данными по фамилии Сивковская зафиксированы следующие пребывающие:…»
«…рождение детей от гражданок по фамилии Сивковская выявлено не было…»
«…рожденная девочка с данными по вашему запросу была зарегистрирована в момент оккупации в приюте временного содержания, далее отправлена в детский дом города N. Где было оформлено удочерение приемными родителями. Дополнительные сведения могут быть предоставлены согласно подтверждающим документам вашего родства…»
«…если вы вспомните еще какие-то сведения по вашей родственнице, обязательно сообщите в следующем письме…»
Убрав конверт в шкатулку под ключ, где хранились и другие важные письма, женщина подошла к окну и увидела внизу двух любопытных соседок. Узнав, что появился телевизор, многие хотели увидеть это чудо, о котором пишут в газетах и научных журналах. Женщина задернула занавески и поставила чайник на плиту.
Она знала, что та ложь на допросах была во спасение, скрыв правду и уничтожив свои документы. Про рождение дочери на германской земле и про любовь к немецкому офицеру тем более не смела упомянуть.
Годы проведенные в лагерях заключения были скрыты, но не память о них. Шрам на руке в виде ожога скрыл номер, но не воспоминания, связанные с ним.
***
Встреча Марии и ее дочери состоялась в 1995 году. В 1996 году Марии не стало. Амалия Кауфманн до конца своих дней проживала в городе Мюнхен, Германия.
Раиса так и не покинула родную землю, хотя имела возможность уехать за границу. Последние годы доживала в городе Херсон, Украина. Связь с Раисой Мария поддерживала до конца ее дней.
Все, с кем находилась в лесу Мария, были убиты.
Сын Юрий женился после армии, в браке родились две дочери. Умер Юрий в 2011 году.
Родной брат Марии жил и работал на Севере, умер в 1983 году. Младшего не стало в юном возрасте, погиб.
В брак Мария после ВОВ не вступила. Со слов внучки Татьяны: «Бабушка пользовалась популярностью. Ей всегда дарили большие коробки конфет и украшения. Из Астрахани передавали рыбу и икру. Бабушка ездила туда не часто, но после каждой поездки привозила чемоданы гостинцев. В ее доме мужчин не было, но они где-то имелись, все знали об этом, но не смели даже говорить вслух, тем более обсуждать эту тему. В праздники и день рождения бабушки, доставляли посылки, в которых, кроме подарков для нее, были и шоколадные конфеты для меня. А еще ей привозили всегда шампанское, но бабушка его не пила. Она вообще редко употребляла алкоголь. Лишь только в определенные даты позволяла себе рюмку водки, выпивая ее залпом. В церковь не ходила, иконы в доме не держала. С соседями держала нейтралитет. На пенсию ушла в 65 лет. Переехала на постоянное место жительства в свою родную деревню, которая в дальнейшем стала районным центром областного края, где и жила до конца своих дней. Дом бабушки был самым большим на улице и считался богатым. У забора возле калитки отсутствовала лавочка, как у всех остальных. Бабушка считала, что это пристанище для сплетников, а у нее были дела поважнее. Всегда красила губы яркой помадой. Духами пользовалась только импортными. Платья из дорогих тканей, все сшиты по собственному эскизу. Никогда не соглашалась на меньшее, это я точно помню. Работала исключительно так, чтобы позволить себе жить, а не существовать. Благодаря ей я объехала весь Советский Союз. Она умела удивлять и любила путешествовать. Была чистоплотной, со вкусом и тонким чувством юмора».