Туманный демон стоял рядом с принцем, но почувствовав мой взгляд тут же обернулся.
Между нами была сотня метров и несколько десятков гостей, но… я все равно видела мужа и его взгляд, от которого жар горячей волной прошелся по телу.
Да, для нас остался последний шаг.
Уже через час торжественная процессия начала сборы.
Еще через полчаса все, наконец, смогли расположиться в каретах, занять нужные места и тронуться в путь.
Я, стоя в стороне рядом с Мейнором, смотрела на их отъезд с веселым недоумением и радовалась, что меня не посадили в одну из открытых карет и не заставили на холоде махать рукой и приветливо улыбаться несколько часов.
— Нам пора, — тихо произнес муж, когда последняя карета скрылась за поворотом и наступила благословенная тишина, нарушаемая лишь резкими порывами ветра.
— Действительно пора, — улыбнулась я, пряча покрасневшие — от холода! И только от холода! — щеки в меховой опушке теплого пальто.
— Замерзла? — заботливо спросил демон, не делая попыток коснуться.
Просто стоял рядом, но и этого хватило, чтобы начать нервничать.
— Нет, все нормально.
Смотреть на демона было… неловко.
Теперь, когда мы остались одни, я не знала, что делать. Нет, примерно знала, но… не в карете же! Как и о чем с ним разговаривать, когда все мысли о том, что совсем скоро произойдет.
«Ох, Пресветлая! Я-то думала, что теперь, когда собралась и приняла решение, станет легче».
На самом деле ничего подобного. Легче не стало, наоборот стало еще сложнее.
Мы сели в карету друг напротив друга.
Не смотреть на мужа было трудно, но я пыталась, изучая мягкую стенку кареты за его спиной.
— Ты взволнована, — произнес тихо Мейнор спустя пару минут после того, как карета тронулась в путь. — Что-то случилось?
«Случилось! Ты из головы у меня не выходишь, вот что случилось!»
— Барон Кунх… что он здесь делал? — произнесла я, решив обсудить более важные и насущные проблемы, чем наши взаимоотношения.
— Его пригласили участвовать в торжественной процессии, — спокойно отозвался Мейнор.
— Его? — я недоверчиво хмыкнула и покачала головой. — Титул слишком мал и незначителен, к королевской семье не близок. Оснований для такой высокой чести точно нет. Так почему его пригласили?
— Энниган. Он прибыл с Энниганом.
Я все-таки взглянула на мужа.
— Тебе не кажется это странным? — стягивая перчатки, спросила у него. — Расписки отца, выписанные на имя барона, дружба с Кайгелом Энниганом. Тем самым, который пытался меня зачаровать, прикрываясь давними чувствами. Слишком много случайных совпадений.
— Слишком, — кивнул демон. — И это явно не совпадение. Не забывай, что герцог Альбери и отец Эннигана граф Шайт был ярыми противниками.
— Думаешь, они стоят за похищением отца и… всем этим?
— Возможно. Но доказательств нет. Энниган все это время был на службе в королевстве Маринай. Тому есть доказательства и свидетельства. Он не мог перемещаться, не мог участвовать в похищении герцога Альбери и нападении на тебя.
— Он мог кого-то нанять, — заметила я.
— Мог. Тогда вопрос остается открытым. Кто тот таинственный маг в маске? Незарегистрированный, неуловимый и очень опасный.
— Разве это вообще возможно? Скрыть дар и развить его до таких высот? Тот человек в маске очень силен. Вызвать посреди столицы псов Пустоты, помочь Форману с теми тварями. Это действительно сильный маг.
— Дар не скрывали. Скорее всего его запечатали, — отозвался Мейнор, задумчиво барабаня пальцами по сидению. — Или думали, что запечатали, а на самом деле дар развивался и рос. А его владелец втайне занимался магией.
— Но зачем запечатывать? — нахмурилась я. — Думаешь, это наказание? Он совершил что-то плохое и поэтому его подвергли запечатыванию?
— Нет. Скорее всего это было сделано в детстве.
Я все равно не понимала.
— Но зачем?
— Может родители не хотели иметь ребенка мага. Для тебя это может быть удивительно, но подобные случаи встречаются и довольно часто.
— Но быть магом почетно.
— И опасно. А иногда дар так слаб, что развивать его — терять драгоценное время.
Логика в этом была, но…
От одной мысли, что папа мог запечатать мой дар в детстве, чтобы не рисковать, дрожь прошлась по телу. Это словно лишиться себя.
— Мы можем найти списки тех, кого запечатали в детстве? — предположила я.
— Сомневаюсь. Такие записи не велись. В них не видели смысла. Зачем конспектировать блокировку дара, это бессмысленно.
— Жаль. Это бы очень нам помогло, — вздохнула я, быстро расстегивая пуговички пальто.
Карета, благодаря кристаллам, согрелась и становилось жарко и душно.
Расстегнув все пуговички. Я размотала шарф, бросив его рядом на сидение, и распахнула полы пальто.
— Как прошла встреча с Колхауном? — вдруг спросил Мейнор.
Его голос звучал ровно и даже почти безразлично, но я сразу уловила напряжение.
— Ты следишь за мной, дорогой муж? — усмехнулась едва слышно, поднимая на него взгляд.
И точно, в глубине темных глаз полыхает напряжение. Я и забыла, что они у него темно-серые. Все время, что мы вместе, они то черные, то с оранжевыми бликами.
Наверное, я всё-таки плохо влияю на демона, постоянно выводя из равновесия.
