Ноэль сжал кулаки. Полагаться приходилось только на обрывочные образы Тьмы, которая решила, что на сообщении ее роль исчерпана и теперь можно понаблюдать, как задачку решит один из любимчиков. Для умудренных опытом некромантов, наверное, проблема не стоила и выеденного яйца — провел ритуал и как наяву видишь, где твое сокровище. Но Ноэлю не хватало знаний! Тут определенно точно нужно что-то из запрещенного, но вот что? В университете такого не преподавали, справедливо полагая, что детям такие навыки ни к чему.
Хотя, справедливости ради, это сейчас было и бедой и благом некроманта — маг не мог полностью контролировать свою ярость. Вполне возможно убежище спанцев не пережило бы гнева юного мага: Ноэлю бы хватило сил на удар. Сырая магия тем и хороша, что бьет наверняка: против увесистой палицы ни одна броня не поможет.
«Помоги ей, брат…» — донеслось на грани слуха.
Ноэль вздрогнул.
Долгое мгновение некромант прислушивался к шепоту погибшего брата, после чего подошел к карте вплотную. Губы юноши растянулись в безумной улыбке.
Значит северо-запад….
Загородный дом де Грамона.
Фавориты склонились над круглым столом, на котором лежала карта. Юноши, гневно жестикулируя, тыкали каждый в свою точку Франкии, уверяя, что предполагаемое место, где могли спрятаться спанцы, располагается именно «там». У всех были свои аргументы в пользу того или иного предположения: послушаешь со стороны, ох как гладко выходит, ну вот совершенно точно, как говорит месье Базиль. Но потом брал слово Бертран и начинаешь сомневаться, так ли прав был предыдущий оратор.
Дофин поморщился. Дяде послание он уже отправил, но сидеть на месте, сложа руки, не хотелось. Где-то там в опасности его люди и друг, да невеста, в конце концов!
Неожиданно Гай, побледнев, вцепился в край стола, так что костяшки пальцев побелили. Некромант застонал, с трудом фокусируя взгляд на замолкнувших магах.
— Гастон, — глухо отозвался Гай в ответ на немой вопрос фаворита.
— Что с ним?
— Это последнее послание… братьям.
Луи сжал зубы. Вот как! О посмертном зове некромантов дофин знал: сигнал своим, чтобы отомстили. Тьма не прощает нанесенных обид и переносит на своих крыльях слова, соскользнувшие с губ своих любимцев перед смертью.
— Где? — процедил принц, склоняясь над картой.
— Тут, — указал пальцем на точку в лесу Гай, — брата отпустила мадемуазель Эвон. Понимаешь, что это значит?
Луи, справившись с первым шоком, кивнул.
— Они добрались до девочек.
— Они точно хотят повторить ритуал, — «выплюнул» де Армарьяк, сжимая кулаки.
Дофин закрыл глаза. «Отпустила мадемуазель Эвон»…. Бедная девочка.
Париский университет магии
Де Грамон сжал губы в полоску, выслушивая студентов и учителей. И с каждым словом детей мрачнел все больше.
Опять за его халатность расплачивалась мадемуазель Эвон! Его личный счет перед семьей де Сагон огромен, как бы еще суметь оплатить. Пожалуй, она и правда могла стать куда лучшей королевой, чем мадемуазель Армель.
Удар пришел откуда не ждали: семья Вельер, де Бруа, Аггтор. Все те, кто не одно столетье являлись опорой трона и тут такое предательство! Войска уже отправились в поместья отступников с одним единственным приказом — задержать несмотря ни на какие регалии. Но толку то, если мадемуазель Эвон не станет?
И дело не только в его личной симпатии к девушке, где найти очередной луч за одну луну? Спанцы не упустят возможности, забрать столь ценную пешку в страшном обряде.
— Они считают, что Эвон — невеста дофина, — сказала вдруг мадемуазель Аврора.
Менталист удивленно посмотрел на девушку. Баронесса всегда была самой большой мямлей в компании этой троицы, а потому де Грамон никак не ожидал, что именно она возьмет слово. Но видно за подругу Аврора волновалась больше, чем за себя.
Де Грамон даже не смог прочитать их мыслей — голова разболелась похлеще чем после бочки вина, оставалось надеяться, что девушки успокоятся и смогут что-то рассказать, но время…
— И у них был какой-то артефакт, он звал Армель и тогда Эвон отдала свой амулет Армель, а когда нас нашли Жанна и девочки, вышла без страха вперед.
— Вы сможете мне показать, мадемуазель? — поднялся со своего места де Грамон.
— Да, месье. Я… смогу.
Аврора, кивнув, подошла к магу.
Де Грамон усмехнулся. Пожалуй, Бертран сделал неплохой выбор. Самая слабая, на первый взгляд, из тройки смогла перебороть свой страх, эмоции, чтобы помочь подруге, хотя та же мадемуазель Армель и Полин до сих пор трясутся, сидя на скамье, а целительницы грудью встали, не подпуская менталистов к «напуганным» девочкам.
— Закройте глаза, мадемуазель, если очень страшно.
— Я не боюсь, — едва слышно прошептала Аврора, — только помогите Эвон!
~*~*~
Я самым неприличным образом таращилась на сидящую в кресле женщину. Не может быть! Просто не может! Я неуверенно оглянулась на месье Сезара, будто спрашивая его: видите ли вы тоже самое, что и я? или может быть все это игры моего разума? А что? Я только что пережила сильнейшее эмоции, вполне возможно, что я теперь вижу несуществующие вещи.
