Подруги нахмурились и покосились друг на друга. Они прекрасно знали, что Франкия — для васконца все. Ну разве же я могла рассказать? Хороша бы я была патриотка, рассказывая направо и налево секреты страны. Маркиза вздохнула, понимая, что не вытянет из меня ни словечка. Я виновато опустила голову.
— Хорошо, — насупилась Армель, — но хотя бы про Ноэля, Эвон!
Зажмурилась на минутку, представляя Армель в роли строгого судьи, который выносит мне приговор: «Виновна в разрушении дружбы» и кулаком по столу так «бах!». После такого просто в ссылку… нет, в Абасту. Сама же и зайду в камеру (самую грязную и неуютную!), закроюсь изнутри и буду ждать смерти.
— Ладно, — согласилась, и села на лавочку, куда девочки обычно складывали вещи. — Вы же знаете, мы с Ноэлем давно дружим. И после переезда в столицу он начал присылать мне каждое утро письма…
На фразе «давно» Армель вопросительно покосилась на Аврору, на что баронесса лишь пожала плечами. Ну да, в Лангене я не особо делилась подробностями дружбы с некромантом. По сути, я призналась и немного приоткрыла завесу моего необычного круга общения лишь после происшествия на стадионе.
Девочки сели по обе стороны от меня и ободряюще приобняли. Я чувствовала молчаливую поддержку от подруг и это было прекрасно! Благодарно прижалась к Авроре, радуясь, что даже такие удары судьбы мы переживаем вместе — одна бы я давно с ума сошла.
— Так он переехал из-за тебя Эвон! — Ахнула Полин, перебивая меня.
А я так и замерла с открытым ртом, забыв, что собиралась сказать. А ведь действительно! Ноэль говорил, что перевелся в столичный университет из-за особой программы, которую курировал месье де Грамон. Но где некроманты и где «старик»! Неужели Ноэль воспользовался родственными связями, чтобы быть ко мне ближе? От осознания ситуации почувствовала, как моим щекам стало жарко. Хорошо, что в ванных комнатах темно и девочки не увидят моего смущения.
С одной стороны это так глупо, радоваться столь малому факту, но я почувствовала необычайный прилив сил. Я и правда такая потрясающая, что Ноэль рискнул изменить всю свою жизнь ради меня? Очень волнительно быть особенной. Я опустила глаза на сложенные лодочкой руки.
— Не перебивай ее, Полин! — Возмутилась Армель, — иначе она никогда не расскажет!
— Ты его любишь? — Спросила с придыханием Аврора.
Ответить я не успела.
Сверху раздался глухой звук удара и мы замерли, вцепившись в руки друг друга. Будто кто-то рубил дрова за стеной, но кому в голову придет заготавливать топливо посреди ночи? Или?
— Что это, Эвон? — Испуганно прошептала Армель.
Я прислушалась.
Бом-бом-бом!
Слышно было плохо, но между тем я почти не сомневалась в том, что происходит. Не нужно быть самой умной, чтобы понять, что мы в опасности.
— В нашу комнату ломают дверь, — так же шепотом ответила. — Нет времени на разговоры. Поднимаемся.
На мое замечание девочки отреагировали по-разному: Аврора замерла, словно испуганный зверек, а Армель схватила себе за горло, будто ожидая, что прямо сейчас ее начнут убивать.
— Так ты была права, Эвон! — ошарашенно пролепетала Полин.
— Конечно права, — кивнула, дергая Аврору за руку. Баронесса похоже так испугалась, что не могла сдвинуться с места, — уходим! Живо!
Армель вскочила и помогла мне поднять Аврору. Как ни странно, маркиза сохранила какие-то остатки хладнокровности, хотя и видно было, что она с трудом держит себя в руках. Полин беспокойно переводила затравленный взгляд с окна, на двери.
— Выходим в коридор и налево, — скомандовала, видя, что девочки бестолково мечутся туда-сюда.
Почти вытолкала подруг из ванных комнат. Не то чтобы я была спокойнее остальных, но кто-то же должен принять на себя ответственность? Дедушка всегда говорил, что сильный — идет вперед и тянет за собой остальных и только слабый становится ведомым. Но если никто не хочет идти вперед? Кому-то же придется! Пусть в этой ситуации буду сильной я. Вспомнила как мне вручал орден король и тряхнула головой — разве могу я поддаться панике? Стоит ли тогда чего-то моя награда?
У меня дрожали ноги и страх жгутом свернулся где-то в районе живота. Закусила губу и вздрогнула, когда в ушах раздался голос пособника спанцев:
«…еще по сотне золотых за девку и я лично перережу глотку каждой прямо у них в апартаментах…»
В коридоре шума не было слышно, но возвращаться в ванные комнаты, чтобы проверить, враги это или же месье Питер принес молока и забеспокоился, когда мы не ответили — я не стала. Я охотнее выслушаю чужие смешки о своем воображении в безопасности некромантских подземелий, чем окажусь в руках спанцев.
— Но зачем им нападать на нас? — Беспомощно прошептала Армель, — ведь Лу…
— Они знают все о Лу, — покачала я головой. — Вспомни, Мерседес спросила правда ли, что у нас парные подвески? Но ведь никто не знал об их существовании!
— Но что тогда станет с Луизой?
