Но смотрю, а он пасть распахивает, и с нёба медленно опускаются клыки. Тут уже не до жиру, быть бы живу. Вряд ли он их до смерти высосет, но с Клементиной мы пить за дружбу собирались, а Барбара мне не очень нравится, так что выбор очевиден.
Я со всей силы дёрнула Клементину на себя, так что мы обе едва не упали, и заорала ей в ухо:
— Бриен Гастион! Ты влюблена в него!
Лицо Клементины начало проясняться.
— Бриен? — неуверенно произнесла она.
— Бриен, — подтвердила я, закрепляя успех. — Мы сейчас же пойдём искать Бриена.
После лопаты, разумеется, но об этом Клементине знать без надобности.
Я потащила её за руку, пока она окончательно не избавилась от дурмана влияния вампира. В голову лезли глупые мысли, что мы в университете проходим массу заклинаний, половина которых никак не пригодится в жизни. А как насчёт того, чтобы ускорить избавление от очарования? Кстати, и от несчастной любви помогало бы!
С этими мыслями я тащила за собой Клементину, пока не почувствовала, что она идёт сама. И с облегчением отпустила её руку.
— Что это было? — дрожащим голосом произнесла Клементина, поправляя одежду. Да, когда вампир позвал, она едва из платья не выпрыгнула, причём в прямом смысле.
— Вампир, — коротко пояснила я. — Думаешь, почему их не любят? Все, с кого они кормятся, становятся подвержены их обаянию до самой смерти вампира. А убить его непросто. Качественно может только хороший некромант.
Я задумалась. Интересно, Даррен уже достаточно хороший некромант или придётся вызывать из университета Звояра? Или просто сдать этого дворецкого нюхачам, и пусть они разбираются. Проблем будет, правда… выше крыши. Это же подданный другого государства, да ещё небось проживающий без регистрации в столице.
Да, в столице без регистрации у нюхачей могут жить только люди. Тут мне повезло, и своё инкогнито не пришлось раскрывать. А вот вампирам, эльфам и прочим не-людям именно в столице нужно регистрироваться. Эльфы каждые десять лет петицию пишут по этому поводу, но пока дописывают и у всех заинтересованных подтвердят, и король может смениться, а уж у нюхачей главный так все десять раз успеет.
Вампиры же не жалуются. Знают, что такое требование не просто так!
За такими мыслями я не заметила, как мы с Клементиной пересекли пустынный сад и наконец добрались до склепа.
— Ты оставайся здесь и сторожи, — приказала я всё ещё дрожащей Клементине, душечка которой сжалась вся и спрятала лицо за ладонями, словно умирала от страха. Наверное, так оно и было. — Если что, громко кричи.
— А что кричать? — Клементина всхлипнула и крепче обхватила половник, который, к моему удивлению, даже не потеряла после встречи с вампиром.
— Что угодно кричи, — расщедрилась я и, больше не тратя времени на разговоры, начала осторожно спускаться в склеп.
Любому дураку должно быть понятно, что в склепе может подстерегать более серьёзная опасность, чем в саду! Ну и запах. Колбасный и луковый дух выветрился и пахло только мертвечиной. Злой и крайне опасной.
'Заключая сделку с магическим существом,
помни только одно: ты уже проиграл.
И маги здесь не исключения из правила'.
Клементий Астаросский.
«Трактат об изучении богопротивных магических существ от феи до человека».
Я знала, что увижу упыря именно здесь. Об этом мне шелестели призраки, об этом открыто говорил и доносившийся запах. Но я рассчитывала просто успеть схватить лопату раньше, чем упырь бросится на меня.
Чего я не ожидала, так это скользнувшей ко мне тени из-за лестницы. Я зашипела от боли, когда мои руки бесцеремонно скрутили за спиной.
— Не нравится, маленькая ведьма? — шёпот я этот узнала. Гримий! Как я могла забыть про убийцу!
В отличие от него, упырь не хотел никого убивать. Может, довольствовался свежим телом Витора, а может, закусил кем-то из слуг, которых никто не считает. Как бы то ни было, упырь собирался залечь в одну из могил в склепе или даже зарыться прямо в землю. И сейчас просто медленно бродил по склепу, вынюхивая местечко поспокойнее.
— О чём вы думаете? — я могла стерпеть боль и посильнее, я же выросла рядом с палачами, но Гримию об этом знать не нужно. — Ему нельзя дать лечь. Он проснётся ещё более диким, ведь потеряет ещё больше мозга!
— И это чудесно, правда, маленькая ведьма? — хихикнул Гримий, и я поняла — да он сумасшедший!
Нет, я догадывалась об этом и раньше. Ни один нормальный не станет для инсценировки своей смерти убивать совершенно постороннего человека и подсаживать мерзкого паука ни в чём не повинной двоюродной сестре. Или кем там приходилась ему Кристанс.
Самое смешное, что его толком больше не в чем было обвинить. Разве что в покрытии настоящего убийцы. Кто-то всё-таки провёл и покрывал вампира, и это не мог быть Гримий — слишком слаб.
