С трудом приоткрыла глаза и встретилась с взволнованным взглядом мужа. Только сейчас я обратила внимание, что он тоже застыл, опасаясь сделать неосторожное движение, и тяжело дышал. Я даже представить не могла, насколько ему сложно было сдерживать себя, загоняя тигра обратно в клетку.
При этом лицо его было таким напряженным, словно он чувствовал мою боль, пропускал ее через себя, желал забрать, но не мог…
— Прости, ведьмочка, — зашептал, покрывая мое лицо поцелуями. — Я не знал… не думал, — касаясь губами моей шеи, уговаривал меня. — Расслабься, родная.
Не прекращал целовать меня и поглаживать по голове, будто приручая и пытаясь отвлечь. Признаться, у него неплохо это получалось.
Я постепенно сдавалась под напором желанных ласк, и даже слегка обняла Влада, таким невинным действием сподвигая его на большее…
Но стоило мужу слабо толкнуться во мне, как низ живота опять прострелило резкой болью.
— Влад, не хочу, отпусти, — не выдержала я, мотая головой и царапая ногтями его грудь.
Он остановился, но не послушался. Вместо этого трепетно провел рукой по моему животу, спускаясь вниз, словно успокаивая, и возвращаясь обратно.
Наклонился и прильнул губами к моей груди, срывая отчаянные стоны. Тело молниеносно откликнулось на ласки мужа, будто только этого и ждало. Знакомый жар возвращался ко мне, пламенной лавой распространяясь внутри.
Влад прошелся поцелуями вверх и, достигнув шеи, провел языком по коже, которая мгновенно покрылась мурашками.
— Нет, — с хрипотцой выдохнул мне в ухо, вынуждая импульсивно податься ему навстречу. — Теперь уже точно не отпущу.
Постепенно привыкая к моему мужчине, сама потянулась за поцелуем, надеясь найти в нем спасение. После очередного грубого толчка замычала жалобно и случайно прикусила Влада за нижнюю губу, кажется, до крови.
Испугавшись, шепнула «прости» и скользнула языком по нанесенной ране.
«Заслужил», — улыбнулся муж, запуская руку в мои волосы и с нежностью всматриваясь в лицо.
Влад старался быть предельно осторожным и непривычно мягким со мной. Его поцелуи дурманили разум, а прикосновения родных рук отзывались приятными покалываниями в теле.
Почувствовав, что я принимаю его, муж задвигался увереннее, неистовее, срывая мои стоны, переходящие в крики. Я не могла себя сдерживать рядом с ним. И не хотела…
Невыносимый контраст боли и наслаждения медленно погружал меня в пучину сумасшествия. Я то вздрагивала от дискомфорта, то выгибалась от ласк мужа, не понимая, чего хочу больше: отдаться ему без остатка или сбежать, куда глаза глядят.
Впрочем, мне не привыкать, ведь с Дракулой всегда было так…
— Моя, — глухо прорычал муж, сжимая меня в объятиях чуть ли не до остановки дыхания, а я смогла лишь послушно кивнуть в ответ.
Твоя, Влад…
— Ведьмочка, родная, пора вставать, — знакомый голос, доносящийся будто издалека, ласкает слух.
Вместо того, чтобы открыть глаза, сильнее жмурюсь, не желая возвращаться в реальность, и слегка потягиваюсь. Чувствуя близость мужского тела, крепче прижимаюсь к нему и провожу ладонью по горячей коже, довольно мурлыкая.
— Марина, — хрипло рычит Влад, но при этом стискивает меня в объятиях. — Уже полдень, а мне еще нужно связь найти и домой позвонить. Иначе мы тут застрянем, — уговаривает ласково, поглаживая по голове и путаясь пальцами в моих волосах.
— Давай застрянем, я согласна, — зеваю я и не сразу вспоминаю, где мы и что произошло.
Просто прислушиваюсь к своим ощущениям, наслаждаясь сладкой негой и теплом близкого человека рядом.
Нехотя приоткрываю глаза и оцениваю окружающую обстановку. Спальня выглядит заброшенной и нежилой, а мы с Владом будто случайно оказались здесь, перенеслись из другого мира. Хотя, если подумать, в этом есть доля истины…
Со смущением осознаю, что практически лежу на Владе, обвив его руками и закинув ногу. Неудивительно, что он не смог выбраться из моего плена, не разбудив. Впрочем, муж и сам хорош: заключил меня в кольцо своих рук и по-хозяйски блуждает ладонями по обнаженному телу.
Картинки вчерашней ночи сумасшедшим калейдоскопом проносятся в голове, заставляя меня вспыхнуть и подскочить на кровати, кутаясь в простынь. Вижу темные следы на белоснежном постельном белье, отчего становится еще более неловко.
Влад реагирует на резкую смену моего поведения незамедлительно, правда, трактует несколько по-своему. Молниеносно оказывается рядом, обнимает меня со спины и покрывает поцелуями плечи.
— Девочка моя, как ты? — шепчет мне в затылок и взволнованно добавляет. — Больно?
— Я в порядке. От этого еще никто не умирал, — пытаюсь говорить невозмутимо, но мои слова звучат грубо.
— Прости, — садится рядом. — Я не знал, даже предположить не мог, что ты… — спотыкается о мой обиженный взгляд и хмурится.
Его искреннее удивление почему-то задевает за живое. За кого он меня принимал все это время? Зато теперь понятно, откуда его пренебрежительное отношение и ревность.
Не эти слова я хотела бы слышать на утро после нашей первой ночи…
Молча отворачиваюсь.