Сауджен(бросая бритву, в крайней запальчивости). Не буду тебя резать, пускай тебя обстоятельства жизни зарежут! Моя будет Мадина!
Гуга. Приходи смотреть через забор на нашу с Мадиной свадьбу.
Несколько секунд меряют друг друга сверкающим взглядом, тяжело дышат.
(Поднимает бритву.) Шакал бешеный!
Сауджен. Посмотри в зеркало.
Гуга. Купи себе свинцовой примочки!
Сауджен быстро уходит.
С поля во двор входит Мадинат. В руке свернутые листы бумаги. Мадинат поднимается на крыльцо. Нина вбегает за ней в дом. Сейчас же она показывается в окне, держа за руку Мадинат. Нина что-то взволнованно говорит сестре, указывая на Гугу, который вытирает себе голову, потом пытается рассмотреть свое отражение в ведре. Сестры скрываются.
(Сокрушенно.) Каторжник царских времен. Сейчас же свата Мытыла задобрить надо. Но как идти с такой головой? (Прикрывает голову платком.)
У ворот шум грузовика. Вбегает Вано.
Вано. Воды! Пересох я весь! (Бросается к бочке и выливает на себя полведра воды.)
Нина(высовываясь в окно). Товарищ шофер, здесь не источник! Сюда воду возить приходится.
Вано. Жара замучила.
Гуга. Вано… Товарищ водитель, побрей меня, пожалуйста.
Вано. С ума ты сошел?
Гуга. Половина уже сделана. Добрей из чистого сострадания. Посмотри, что случилось. (Снимает платок с головы.)
Вано. Действительно. Что, брился в рассрочку?
Гуга. Парикмахер хулиган попался. (Быстро садится на перевернутое ведро и протягивает шоферу бритву.) Прошу тебя. Всего две минуты времени.
Вано берет бритву.
Мадинат(выглядывая в окно). Товарищ водитель, почему машина стоит?
Вано. Сейчас еду. (Гуге.) Я ж говорил — некогда. (Отдает Гуге бритву и торопливо идет к воротам.)
Гуга. Может быть, ты скоро освободишься?
Вано. Вот колосовые уберем, тогда добрею. (Уходит.)
Гуга. Никакого внимания к человеку! (Печально садится за бочкой.)
Нина выбегает из дома и входит в сарай. В ворота въезжает на велосипеде Уари.
Уари(соскакивает с седла). Эй, кто здесь живой? Вторая бригада!..
Из сарая выходит Нина с мешками в руках.
Ага, Нина, это ты… Отвечай, пока я до конца не рассердился: где наши серпы?
Нина. Какие серпы?
Уари. Вот такие, гнутые. Ты святой не прикидывайся.
Мадинат(выглядывая в окно). Ты что кричишь, Уари? Не мешай мне сводку закончить.
Уари. Где наши серпы?
Мадинат. А на что вам серпы?
Уари. Полегшую пшеницу комбайн не берет, надо ее серпами убирать. Я их, как бритву, наточил.
При слове «бритва» Гуга вскакивает, но сейчас же опять садится.
Мадинат. Серпы Муради унес. Я ему скажу, чтобы наточил для вас наши.
Уари. Муради ничего не наточит. В следующий раз рассержусь. Ты что делаешь, Нина?
Нина. Мешки латаю.
Уари(кричит). Са-фи! Сафи!
Сейчас же в дверях сарая появляется Сафи.
Сафи. Я здесь, Уари.
Уари. Надо сразу откликаться, когда зовут.
Сафи(спокойно). Я тебя не задержала.
Уари. Мешки для нашей бригады готовы?
Сафи. Я все перечинила.
Уари(увидев на заборе выстиранную рубашку). Это же моя рубашка… Как она сюда попала? Кто ее выстирал?
Сафи. Ах, это я выстирала…
Уари. Зачем?
Сафи. По ошибке. Я думала, это рубашка моего брата.
Уари. Ты, кажется, не влюбленная, чтобы все путать. Надо смотреть, что стираешь.
Сафи. Я говорю, нечаянно. Большой беды нет. Разве после такого дня ты не захочешь выкупаться и надеть чистую рубашку? (Уходит в сарай.)
Гуга(приподнимаясь из-за бочки). Уари, дорогой, подойди, пожалуйста, к человеку.
Уари подходит.
Добрей меня, пожалуйста. (Снимает платок.) Видишь — нельзя так оставлять человека.
Уари. Вижу. А знаешь, тебе идет. Советую всегда носить такую прическу. Кто тебя так? А… Здесь без бога не обошлось.
Гуга. Какой бог? Почему бог?
Уари. Разве не слыхал: «Бог шельму метит».
Гуга сердито плюет на землю.
