– Я тут ни при чем. Просто мое рождение отобрало у него возможность возглавить род и стать наследником Лингов.
– Как такое возможно?
– У меня шесть старших сестер. Мои родители уже смирились, что после их смерти титул отойдет ближайшему родственнику мужского пола, но тут на свет появился я.
Вот как! Я промолчала, не зная, как прокомментировать эту ситуацию. В словах Оуэна звучало спокойствие – он просто констатировал факт.
Впрочем, продолжить тему нам все равно не дали. Едва я заняла место за деревянным столом, рассчитанным на одного, как дверь аудитории снова распахнулась. В большой просторный зал со столами-партами, между которыми были так часто расставлены большие горшки с растениями, что комната напоминала уголок джунглей, вошел высокий худой мужчина лет сорока. Его длинные рыжие волосы были гладко зачесаны в хвост. Расстегнутая на верхнюю пуговицу рубашка, выглядывавшая из-под серого костюма, оголяла тощую шею с видневшимся кадыком. Светлые глаза почти терялись на фоне белесых ресниц и бровей. Всем своим видом мужчина вызывал ассоциации с рыбой – холодной и невзрачной.
Разговоры тут же стихли. Оуэн, занявший место передо мной, быстро обернулся и одними губами прошептал «мэтр Райли». К сожалению, слух у преподавателя оказался по-звериному чуткий.
– Рин Оуэн, перестаньте переговариваться с вашей… хм… – Мэтр Райли сделал паузу, словно раздумывая о моем статусе.
– Мы не вместе! – хором выпалили мы с Оуэном.
Наша попытка объясниться вызвала короткие смешки, прокатившиеся по залу.
Переглянувшись, мы предприняли вторую попытку. Снова в унисон.
– Ну, не то чтобы он не пытался… – начала я, опасаясь, что самолюбию мальчишки будет нанесен удар.
– У меня и в мыслях не было… – вторил он, видимо, тоже желая спасти мою репутацию.
Мы замолкли одновременно, лихорадочно ища компромисс. Под любопытными взглядами и насмешливыми перешептываниями сделать это оказалось непросто.
Я отчетливо ощутила, как в комнате душно и влажно: наверное, из-за обилия растений. Ворот белой рубашки буквально душил, и мне хотелось его ослабить, а еще лучше – снять корсет, давивший на ребра. Вместо это я набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула:
