– Она вообще-то называет себя Энди. – Лишь одно упоминание ее имени в любой форме вызывало у Блейка сильную головную боль, в чем он не хотел признаваться. Особенно та форма, которая была ей по сердцу – сердцу, которое, как он искренне считал, принадлежит ему. – И я не уверен, что смогу когда-либо забыть ее.
– Тогда вам придется провести остаток жизни в одиночестве. – Встав, экономка расправила фартук. – Или вы можете попытаться добиться этой девушки.
Он резко засмеялся.
– Забавно, но я был уверен, что уже добился ее. Выходит, я ошибался.
У него с Энди нет будущего, но Эллен права насчет Джейн. Он считал себя хорошим уловом, благодаря деньгам и постоянству. Но она? Разве она не заслуживает честности? Черт, Эндреа ведь предупреждала его об этом! И если он ее не получит, придется ему смириться с тем, что остаток жизни он проведет в отношениях без любви. Однако Джейн не станет ему парой. Он должен изменить свое решение о продолжении встреч с ней.
– Я больше не буду встречаться с Джейн. – Он все еще может отменить ужин в «Ментоне». Или устроить расставание прямо там, под светом свечей? Возможно, это будет более по-джентльменски. Блейк даже подмигнул при мысли об этом, Эндреа наверняка бы гордилась таким его поведением. «Ты ведь ничего не заказал ей, правда?» Внутренний голос вновь зазвучал в его голове, подсказывая, как себя вести.
– Думаю, вы приняли верное решение. – Эллен ободряюще похлопала его по плечу. – И пойдете туда с Эндреа? Я хочу сказать, с Энди?
Глаза Блейка поднялись на экономку.
– Этого я не говорил. – Он не собирался рассказывать Эллен, что Энди его бросила. Она навсегда ушла из его жизни. Так что некого ему вести в ресторан.
– Ваше поколение сдается с такой легкостью, – заметила Эллен. – Стало быть, завтра обед на одного?
«Завтра вечером и все остальные вечера до конца моей жизни. Со мной все кончено».
– Да, обед на одного, – отозвался Блейк.
Обслуживание в ресторане «Ментон» оказалось именно таким, как Донован ожидал: безупречным, ненавязчивым и стоящим своей цены. Дегустация, устроенная шеф-поваром, избавила Блейка от необходимости раздумывать над заказом. Даже вина им подобрали подходящими одно другому. Если бы Блейк был в другом настроении, это был бы чудесный вечер. За ужином ему не один раз приходило в голову, что, возможно, следовало бы повести Джейн в менее претенциозное место. Если бы они пошли в «Уни», то закончили бы уже час назад, и он был бы дома наедине с романом Дэшила Хэмметта. Ему захотелось поваляться. Все это – подходящие заметки для его следующего прощального свидания, подумал Блейк. Правда, ничего такого в его будущем не случится, если он будет придерживаться плана о постоянном одиночестве.
Блейк ждал, когда Джейн доест свою утиную фуа-гра, чтобы подготовиться и сообщить ей свою новость. Его заявление наверняка испортит остаток вечера, а деньги за семь блюд уже были уплачены, поэтому он хотел оправдать свои траты. На самом деле Блейк надеялся продержаться, пока не подадут десерт, но к тому времени, когда он доедал свое горячее, его стало беспокоить, что вечер подходит к концу.
Но как только он собрался заговорить к ним подошел официант.
– Счет, пожалуйста, – попросил Блейк, прежде чем тот успел убедить их заказать еще что-нибудь. – Десерт мы возьмем с собой.
– Вы хотите, чтобы я упаковал крем-брюле? – Похоже, официант был в ужасе.
– Да, – бросил Блейк с каменным лицом, но внутри себя он состроил гримасу, представив, что крем-брюле упаковывают в коробку. Какая бестактность!
Официант застонал от отвращения.
– Хорошо, сэр, – вымолвил он и пошел прочь.
Они опять остались наедине, и Блейк наконец решился:
– Джейн, мне надо кое-что вам сказать. – Он помолчал, ожидая, когда она посмотрит на него. Но потом, осознав, что она может принять его слова за более обнадеживающую преамбулу, он поспешно договорил: – Я привел вас сюда, потому что у меня был повод. Видите ли, сначала я верил, что в вас есть все, что я ищу в женщине, но вот уже некоторое время назад я понял, что никогда не смогу испытывать к вам какие-то чувства. Понимаю, что рискую сказать банальность, но дело не в вас, а во мне.
Джейн отпила глоток вина, ее лицо не выразило ни потрясения, ни огорчения, в глазах не появилось ни намека на слезы. Должно быть, он не совсем ясно выразился.
– Возможно, мне следовало сказать по-другому: не думаю, что мы с вами еще увидимся. – А это слишком вяло. – Мы не должны больше видеться, Джейн, я прекращаю наши отношения.
И вновь никакого ответа.
Отсутствие реакции все больше разочаровывало Блейка. Пытаясь скрыть раздражение в голосе, он добавил, желая услышать от нее хоть что-то:
– Вы ведь поняли, что я сказал, не так ли?
Она поставила бокал, прежде чем посмотреть ему в глаза.
– Я все отлично поняла, Блейк, – сказала Джейн Осборн.
