После трагической гибели жениха начинающая певица Лейси Доусон переживает тяжелый творческий кризис. Ее единственная поддержка — переписка в Сети с человеком под ником Фолкс, который постепенно становится для молодой женщины самым близким другом. Лейси и не подозревает, что ее друг из Сети — это Элай, музыкант из группы, с которой она отправляется в турне. Но и сам Элай не имеет представления, что его интернет-подруга и Лейси — одно и то же лицо. Постепенно ситуация становится трагикомической — Лейси и Элай все сильнее влюбляются друг в друга, и оба испытывают вину за «измену» своим виртуальным любовникам…
— Омметр? — Ланс глянул на слово, которое она выложила на доске для игры в «Скрабл». — Что это еще за омметр? Опять придумываешь слова?
Лейси еще крепче обняла подушку — между прочим, это была подушка Ланса — и с притворным возмущением воскликнула:
— Что значит «опять»?! Я никогда не придумываю слова! В отличие от тебя…
— Ну, вот уж нет. Я так никогда не делаю. — Однако хитроватая улыбка Ланса противоречила словам. Впрочем, они оба прекрасно знали, что Ланс частенько выкладывал буквы на поле совершенно бездумно, надеясь, что само собой что‑нибудь получится. — А если твой омметр и впрямь существует, то что это такое?
— Ну, это… хм… — Лейси знала множество всяких слов, но не всегда помнила, что они означали.
— Если не ответишь, значит, ты проиграла. — Ланс вытянул ноги, и матрас прогнулся.
— Эй, осторожнее. — Лейси придержала поле. Играть в «Скрабл» в постели было уютно, но не очень‑то удобно — от любого движения выложенные слова начинали разъезжаться.
— Это ты поосторожнее. Смотри, до чего ты дошла — жульничаешь в «Скрабл»! Эх, Лейси Доусон, такого я от тебя не ожидал.
— Ты угрожаешь мне?
Ланс потянулся к ней, отчего деревянные фишки с буквами расползлись в разные стороны, и прижал ее к матрасу. А Лейси радостно пискнула. В результате со «Скраблом» на сегодня было покончено. Что ж, так даже лучше. Новая игра нравилась ей гораздо больше.
— Такого слова нет, признайся, — сказал Ланс, ложась на нее сверху.
— О, это такой инструмент! — внезапно вспомнила Лейси. — Омметр — это инструмент для измерения электричества. Я так думаю…
— Инструмент? Сейчас я покажу тебе настоящий инструмент. — Ланс крепко прижался к ней, и Лейси действительно почувствовала «инструмент».
Она притворно насупилась и пробурчала:
— Надеюсь, твой инструмент хоть чего‑то стоит. Я ведь, знаешь ли, выигрывала…
Ланс ухмыльнулся и проговорил:
— Не сомневаюсь, что так и было. Но знаешь что?.. Я ведь уже выиграл! То есть еще до этого…
Поудобнее устроившись в объятиях жениха, Лейси спросила:
— А что именно ты выиграл?
— Тебя, Лейси. — Ланс наклонился и впился поцелуем в ее губы. После чего, прочертив дорожку из поцелуев к ее уху, прошептал: — Эй, Лейси…
Она закрыла глаза и тихонько застонала.
— Ты слышишь, Лейси? — снова позвал Ланс.
— М‑м‑м… — пробормотала она.
— Эй, Лейси Доусон, я к тебе обращаюсь!
Ох, ну чего он?.. Она ведь уже ответила ему… как могла.
— Лейси, проснись! — раздался мужской голос, походивший теперь вовсе не на голос Ланса, а на…
Лейси открыла глаза — и невольно вздрогнула. Любимый мужчина, только что лежавший на ней, бесследно исчез. Как и кровать, а также разбросанные по постели фишки «Скрабла». Она, Лейси Доусон, опять находилась в студии звукозаписи — в наушниках и с гитарой в руках, на которой пальцы сами собой брали нужные аккорды.
А звал ее вовсе не Ланс, а сидевший в аппаратной комнате Даррин. Да, конечно, Ланс никак не мог ее звать. Ведь его больше не было… Он умер много месяцев назад, но возвращался к ней всякий раз, когда ее «накрывала» музыка.
— Так, Лейси Доусон… — произнес босс своим «особенным» голосом.
Она перестала играть и, проглотив застрявший комок в горле, в тон ему ответила:
— Так, Даррин Ортиз… На меня снизошло вдохновение — это плохо? — И Лейси взглянула на него с вызовом.
Босс уставился на нее таким же взглядом. Так они и таращились друг на друга несколько секунд. После чего Даррин не выдержал и засмеялся — он не мог долго злиться на нее. Лейси улыбнулась в ответ, хотя ей совсем этого не хотелось.
— Лейси, иди сюда, и я тебе все объясню, — сказал Даррин. — Видишь ли, эту запись надо было закончить еще час назад.
Лейси пожала плечами.
— Иногда процесс затягивается. — Она сыграла гитарный риф, внезапно пришедшей ей в голову. О, Лансу такая вещь пришлась бы по душе!
Но Даррин лишь выкатил глаза и заявил:
— Мы оба знаем, что ты использовала его на втором дубле.
Лейси в эти секунды смотрела на струны и не видела лица Даррина, однако точно знала, что сейчас он поступил именно так, — то есть выкатил глаза. Она работала с ним уже очень долго и прекрасно знала все его ужимки. Причем больше всего ему нравилось выкатывать глаза. Решив ответить своей любимой гримасой, Лейси выпятила нижнюю губу и заявила:
— Я настраиваю гитару. Это очень важная часть процесса.
— Ну конечно!.. Ох, Лейси, кого ты пытаешься обмануть? Я прекрасно знаю, что ты каждый раз настраиваешься по часу — только бы не заниматься бумажной работой.
