Мы с ней тогда в компании танцевали под ритмовку – я только намечал движуху, а она вертелась вокруг: мы были хорошей парой. Сейчас она сидит в тюрьме, там же и родила девочку. Мы назвали Машей, я приходил на свидания – Лиса издали показывала нашу дочку. Я их дождусь, устроился работать. Квартирку прикупил за прошлую заначку. Молчу тихо, наблюдаю: вокруг и наверху полный беспредел, то есть – во властях братва, так что страна ездит по блатным «понятиям». Я нагляделся на сокамерников-чинуш, но всех не пересадить: взамен повылезут другие и усядутся на те же кресла, с теми же понятиями. Может, кто-нибудь подскажет – что делать-то?
Если будут ко мне приставать не по делу – буду объяснять, что я всё-таки Волк. Но я сегодня – Володя, и Лиса у меня – Наташа. Дождусь их с дочкой, конечно. Когда-нибудь, но обязательно дождусь. Уверен.
Я с ней живу уже пять лет, она родила дочку – девочке уже годик. Иногда она подрабатывает: стала дублёром в студии, где озвучивает роли женщин на нашем языке в иностранных фильмах. Нигде она не училась актёрскому мастерству, у неё среднее образование – приехала в Москву из провинции, мы случайно встретились – и срослось. Живу с ней и люблю: такое бывает. Она меня балует, я её – тоже, кто как может.
Недавно меня занесло в командировке в её городишко, откуда она родом. Я кручу зрелый бизнес (я и сам зрелый), в городишке нужно было поднять один заводик на грани банкротства. Я предложил организационную схему – и завертелось. Без ресторана не обошлось, там мне представили девицу – я отказался: слишком люблю свою жену, чтобы её разменять.
Ненароком я узнал о своей супруге в бытность её в городишке. Не зная, что она моя жена, рассказали – что у неё между ногами побывала вся мужская часть окрестного населения.
Ну и что? – нужно ли с ней разорвать отношения только потому, что она раньше была шлюхой? Я долго живу с ней счастливой жизнью, доволен – и мне хорошо. Ей тоже. Хотел бы продолжать всё это дальше.
У нас это обязательно получится.
В Новый год принято поздравлять друзей. Седоватый мужчина с выпирающим животиком рассылал краткие смс-сообщения, и нашёл в старом архиве бумажку с записью телефона давней, очень давней подруги. Он вспомнил её имя: Ира, подумал – и выслал краткое пожелание: «Счастья тебе, Ирочка».
Он вспомнил, как она рассказала (в то время, когда он был худым и занимался альпинизмом), интересную новость. Новость состояла в том, что жительница Улан-Удэ установила рекорд Гиннеса: покорила высочайшую точку Африки – гору Килиманджаро высотой 5895 метров.
Он тогда сказал пренебрежительно:
– Подумаешь, рекорд! Я и выше смогу залезть.
Она тогда серьёзно посмотрела на него и сообщила:
– Ей было 86 лет: это самый старый человек, который взял Килиманджаро. Когда тебе будет столько же лет – посмотрим, что ты сможешь.
Они тогда поругались и расстались, а сейчас он выслал сообщение на мобильный телефон. И вдруг получил ответ: «Ты опоздал на тридцать лет, Володя. Насчёт меня – я счастлива. Твоей дочке, о которой ты не знаешь, 29 лет, она замужем и родила мне внука. Мне, а не тебе, потому что ты так и не взял Килиманджаро».
Он сидел на кухне в своей одинокой квартире, где в коридоре стоял горшок с воткнутой в него ёлочной веткой без украшений.
Было ещё рано чтобы начать праздник: куранты через несколько часов пробьют – но мужчина грузно поднялся, достал бутылку и выпил.
Он провожал старый год вместе со всеми воспоминаниями. Оставалась надежда на то, что он когда-нибудь залезет на эту гору и поставит рекорд Гиннеса. Хоть в 90 лет! До этого он обязательно найдёт Ирину, обнимет дочку и поцелует внука – теперь есть, кого баловать.
Он снова налил и выпил: за это!
Маман (как я называла матерь своего мужа) не разрешала нам жениться. Он богатый француз, а я – русская девушка: собой хороша и к тому же умная. Этого для маман мало! Чтобы у меня была родовитая биография, вот что ей нужно: но уж какая имеется – такая и есть, не переделать же! Да и в постели, маман, родословная роли не играет, а когда дойдёт до менеджмента – профессиональных знаний у меня достаточно. Без всякой родословной, помогаю мужу в его бизнесе, поэтому мне он долю отдал – чтобы управляла как своим.
Я решила: рожать буду вопреки всему. Когда-нибудь поженимся – тоже вопреки всему.
Родила сына – маман против свадьбы. Родила девочку – маман опять против свадьбы. Ещё год, снова родила мальчика, и тогда уже всей компанией (с мужем и детьми) приехали к маман. А уж дети-то один в один лицами вышли в папу: тут-то маман и растаяла. Разрешили нам пожениться. По-тихому сыграли через месяц свадьбу, которую восемь лет ждали.
Наконец-то!
