…Сижу и читаю книгу в метро, напротив сидит девочка лет девяти (с мамой, у которой наушники). В вагон входит дядька и продаёт пластилиновые массы, из которых можно лепить человечка, зверушку… Показывает, как это делается, лепит – все смотрят на эти фокусы, смеются. Девочка заворожено глядит на чудо, показывает маме (у той уши заткнуты), мама раздраженно фыркает: дескать – нельзя! И у девочки такая боль – разочарование от несбывшейся сказки… Но ничего не поделаешь, мимо… Глаза её тухнут, но исподволь трагически глядят вслед уходящему человеку с сумкой, где лежит сказка.
Я останавливаю продавца, покупаю обернутую массу и протягиваю девочке напротив. Она берет и не верит, смотрит счастливыми и неуверенными глазами и показывает маме. Та стоит спиной ко мне со своими наушниками и не знает, как реагировать. Девочка разворачивает массу и начинает быстро что-то лепить из неё. Потом поднимает на меня глаза, желая удостовериться, что это – действительно принадлежит ей, и можно… можно лепить, владеть этим богатством, которого так захотелось, и вот оно попало в руки навстречу желанию.
Я киваю, подтверждая, и тогда она шепчет: «Спасибо…», – зная, что я её в грохоте метро не услышу, но обязательно пойму. Я выхожу на следующей станции, девочка оборачивается и сквозь стекло шепчет ещё раз: спасибо! Я машу ей рукой и улыбаюсь, уходя в толпу.
…Когда-нибудь она дождется хорошего мужа, потому что будет верить в то, что счастье возможно: только потому, что ты его очень захотела.
