И долго себя ругала. Правда. Но все уже произошло, и ситуацию не исправить. Больше к Сергею Адамовичу я ни ногой. Можно было бы попытаться пообщаться с Дятковым и узнать, строил он в Крыму дачу или нет. Но какова вероятность того, что Сергей не предупредит его и что мой визит не закончится столь же плачевно и безрезультатно? Из всего произошедшего можно было сделать один вывод: Сергей ненавидит Вадима. Страстно. Даже если к цепочке этих крымских смертей он не имеет никакого отношения, кровные узы не возобновить никогда.
Перед отъездом из Харькова я порылась в интернете и набрала номер директора «Сталекса».
— Автоцентр «Сталекс», — пропел в трубку приятный женский голос.
— Мне нужно поговорить с Виктором Петровичем.
— По какому вопросу?
— По личному.
— Как вас представить?
— Знойная женщина.
— Минутку.
После секундного замешательства я услышала соединяющую мелодию и звонкий мужской голос:
— Слушаю.
— Милый, я в Харькове. Приехала. К тебе.
Я мурлыкала в трубку, изображая из себя курортную девицу, у которой с директором был жаркий роман. Расчет был такой: директор фирмы с немалым капиталом часто ездит в Крым (раз у него там строительство дачи) и, возможно, встречался с местной красоткой. Она, то есть я, сейчас его нашла в Харькове и решила позвонить.
Мужчина прокашлялся и проговорил:
— Простите. Не расслышал вашего имени…
— Светлана. Помнишь Крым? Твой сотовый молчит, я решила приехать.
— Девушка, вы ошиблись. У меня нет знакомых Светлан.
— Ты называл меня киской.
Я ляпнула первое попавшееся женское имя, надо было выкручиваться.
— Мы ездили твой дом на берегу смотреть. Помнишь? Вместе ездили. Большой такой, весь в строительных лесах.
— Повторяю, вы ошиблись, — голос начинал нервничать, — у меня нет дома в Крыму, и никогда не было.
Виктор Петрович бросил трубку.
Смелый.
Или не боится за репутацию, или в Крыму никакой недвижимости у него нет. Я ведь могла, как предполагаемая любовница, явиться на работу, домой и устроить истерику. Если дома в Крыму нет, бояться мужику нечего. У меня нет других доказательств.
Как тогда фирма «Сталекс» связана с Иваном Васильевичем? И почему брат моего мужа так уверенно заявил, что его шеф строил в Крыму дачу?
Все это напоминало сломанную головоломку. И распутать клубок порванных нитей не представлялось возможным.
Автокатастрофа, в которой погиб Иван Васильевич, не выходила у меня из головы. Сергей, брат Вадима, связан с этой аварией. Я в этом была уверена. Кожей чувствовала. Но к интуиции и личной неприязни добавить ничего не могла. Доказательств у меня не было.
Если предположить, что Дятков ничего в Крыму не строил, значит, Сергей мне соврал. Нагло, в глаза. Зачем? Я уверена, что Иван Васильевич был в Харькове, был в «Сталексе». Это подтвердила Татьяна и привезенный «сувенир». Если допустить, что заказчик — это Дятков, то встреча на территории офиса вполне могла иметь место. Тогда исключается причастность Ковригина-старшего. Встретились два мужика, что-то обсудили, записали (ручка автоматически перекочевала в карман гостя) и разъехались.
Неожиданно я вспомнила о том, что говорила вдова Залевского. О последнем разговоре Константина с заказчиком. Зациклилась на последнем смертельном эпизоде и чуть не упустила детали двух предыдущих. Вытряхнув разом все содержимое из сумки, взяла в руки визитную карточку фирмы «Сталекс». Ее я успела прихватить, когда была в офисе. На синем фоне под белыми буквами значились контактные телефоны. И все принадлежали оператору «Киевстар». Я выронила визитку из рук. Пальцы мелко подрагивали. Ощущалась острая потребность в воздухе. Неужели смерть Константина Залевского — дело рук фирмы «Сталекс»?
На автомате я зашла в кофейню, где совсем недавно съела штрудель. Ноги сами принесли, на запах. Я плюхнулась в мягкое кресло у окна и закрыла глаза.
Нужна распечатка телефонных звонков. Константин Залевский сказал жене, что задерживается на работе из-за важного телефонного разговора с заказчиком. Вадиму он не звонил, говорил с абонентом сети «Киевстар». У Сергея Ковригина, например, этот оператор. Почему он назвал Сергея заказчиком (если допустить, что это был он)?
Надо покопаться в окружении Ковригина-старшего. Наверняка кто-то что-то знает о его планах, разговорах и целях. Нет, из Харькова уезжать рано. Я позвонила администратору и продлила проживание в номере еще на два дня. Успею.
— Определились с выбором?
Милая девушка в белом передничке держала в руках блокнот и ждала моего ответа.
— Да… То есть нет.
Я обернулась, посмотрела по сторонам. Как я здесь оказалась и сколько времени уже сижу?
— У вас есть волшебный напиток, повышающий активность мозга?
Я улыбнулась, а девушка растерялась и спрятала за спину блокнот.
— Есть чай с имбирем. Он укрепляет иммунитет.
— Отлично, — кивнула я, — несите.
Утром в сонной тишине гостиничного номера раздался телефонный звонок. Я нехотя протянула мобильный к уху.
— Але.
Послышались гудки отбоя.
Я посмотрела в потухший экран. Странно. Перезвонят.
